Узы любви

И, уходя, громко хлопнул дверью: очевидно, Джоан все-таки вывела его из себя. Милисент так и не подняла ресниц, чтобы убедиться, ушел ли Вулфрик. Но сумела разлепить ссохшиеся губы.

— Не… не зови его, — попросила она.

Нежная рука сестры легла на ее лоб, в ушах прозвенел мелодичный голосок:

— Ш-ш-ш… я целую неделю буду отвечать ему, что ты спишь. Не настолько же он груб, чтобы тревожить твой сон.

— А… если… настолько?

— Не волнуйся, я позабочусь, чтобы он здесь не показывался. А теперь приготовься. Хорошо, что ты не успела прийти в себя, пока я накладывала швы, но теперь нужно перевязать.

Джоан мгновенно сообразила, о чем спрашивает сестра.

— Шесть швов, — вздохнула она. — Я старалась не оставить ни единой складочки.

Милисент непременно улыбнулась бы, если бы это не требовало таких усилий. Теперь Джоан будет трястись над сестрой, пока та не поправится.

Она почти засыпала, но что-то побудило ее спросить:

И снова Джоан не потребовались объяснения.

— Пока нет. Когда я уезжала с поляны, папа во главе целого отряда пустился на поиски. Он просто взбешен, Мили, и недаром. Как мог один из наших охотников оказаться столь беспечным?

— Это не охотник… и не случайность, — едва выговорила Милисент, путаясь в словах. — Кто-то… хочет моей смерти.

— Вулфрик поставил стражу за дверью… нет, не тревожься. Не для того, чтобы держать тебя в спальне. На случай, если кто-то попытается ворваться без позволения, — шептала Джоан, словно боясь, что часовые услышат ее и донесут Вулфрику. — Он принял близко к сердцу все, что ты сказала.

Милисент села в кровати, где провела последние три дня. Отдых пошел ей на пользу, и рука уже почти не болела.

— Что же я сказала? Что такого сказала?

— В тот день, когда все произошло, — объяснила Джоан, — ты призналась, что кто-то пытался тебя убить. Я передала это папе в присутствии Вулфрика. Они оба согласны с тобой. Слишком мало времени прошло между первым нападением и вторым. Оба случая наверняка связаны между собой. Все не так просто.

— Дело не только в этом. Я еще не успела как следует все обдумать, просто хорошо знаю как наших, так и соседних охотников. Никто из них не может быть так неосторожен, а кроме того, ни один не осмелился бы стрелять, когда папа охотится поблизости. А в тот день собралась целая толпа, и просто невозможно было нас не увидеть и не услышать.

— Какое несчастье! — воскликнула Джоан, ломая руки. — Никогда мне не было так страшно! Ненавижу негодяев, посмевших тебе угрожать! Но кому понадобилось причинить тебе зло? У тебя ведь нет врагов, Мили!

— Нет, но у него, возможно, есть. А как побольнее ударить Вулфрика? Только вырвать из рук приданое, которое он уже считает своим.

— Поверить не могу! Все это слишком сложно, — возразила Джоан, покачивая головой.