3
0А там… скольких ты допрашивал? О скольком ты выяснил?
Иные секреты опасны. Тебя уничтожат те, кому ты оттоптал мозоли. Или их семьи.
Лишившись своего статуса, ты проживешь не более месяца. Да и не уходят с этой службы просто так. Обычно — вперед ногами. Но люди идут. Слишком хорошо оплачивается служба. Не только тебе. Но и твоей семье. Угодий прирежут, выгодный брак сестре или брату устроят — о своих короли Ативерны заботятся. И Эдоард не исключение. Но — вот такая оплата.
Опасность, одиночество…
Поэтому Ганц стоял весьма обособленно.
С королевскими представителями все обращались, как с драгоценностями.
С этой стороны поведение Лилиан Иртон тоже было странным. Она спокойно смотрела на Ганца, улыбалась, дружелюбно разговаривала — она совершенно не боялась. Не чувствовала опасность? Не ждала от него угрозы?
Ей просто нечего было бояться?
Ганц не знал. Собственно, Лилиан Иртон была непонятной. Она со всеми разговаривала дружелюбно, всем улыбалась, не повышала голоса, кроме некоторых случаев, но ее распоряжения выполнялись быстро и качественно.
Тихая-тихая, но выпороть на конюшне или выгнать — запросто.
Когда ей сообщили про пиратов, он видел, что ей было страшно. Но она взяла себя в руки. И сейчас организует… как она это сказала?
Неважно. Важно другое.
Единственное, что могла сделать графиня — позаботиться о раненых. Они к этому и готовится. И, как мог оценить Ганц, вполне грамотно. Где только научилась?
Ганц прошелся по стене, дал пинка одному из новобранцев, выругал второго, приказывая не спать…
В замке кипела работа. Рвали ткани на бинты, кипятили в больших котлах, воняла какая-то непонятная установка у ювелира, которую запустила графиня и обозвала 'противо… воспалительным'.
Ну да ладно. Будет время расспросить графиню об этих странностях.
И еще одна — в ту же копилку.
Ганц вспомнил про ткань, и появилась другая мысль.
А введь графиня практически ничего не получает. Если что и было, то не так много. Слуги сплетничают, что графиня продала всю свою одежду и украшения, только чтобы купить скот. А вот про подарки от графа — ни слова.
С одной стороны — он и не обязан.
С другой — это твоя жена. Она носит твоего ребенка.
Мог бы и позаботиться.
Графиня подошла практически бесшумно. Странно для женщины с ее весом. Но Ганц подметил, что Лилиан Иртон двигается иногда весьма по-разному. Иногда — как воин, иногда как весьма неуклюжий человек. Сейчас она двигалась медленно и плавно.
