Средневековая история. Тетралогия

Сделала безразличное выражение лица и принялась разглядывать ногти. А нам все равно, а нам все равно, станем мы храбрей и отважней льва… Ивар склонился над пленным.

Приказание было тотчас же исполнено.

Ивар ласково глядел в выпученные глаза.

— Не страшно? Понимаешь, что мы сейчас с тобой сделаем — и пощады не просишь? Это хорошо. Я таких люблю…. Очень люблю. С тобой можно будет долго играть, прежде чем ты попросишь пощады. А то игрушки так быстро ломаются, это просто ужасно…

Голос его был искренне огорченным.

— Я с тобой буду играть. А ребята мне помогут. Ребята, у кого есть нож?

— Вы его не убьете? — уточнила из угла Лиля.

— Зачем? Сначала мы что-нибудь попроще сделаем. Иголки под ногти, например. Потом ногти обдерем. А потом и шкурку драть начнем. Солью посыпая. Ради хорошего дела ведь не жалко…

— За солью сходить? — уточнил один из вирман.

— Погоди пока. Эмму среди ночи будить неохота. Мы пока по-простому…

Нащепать ножом лучинку на тоненькие острые щепки?

И вирманин цепко ухватил убийцу за руку.

— Ты со мной можешь даже не разговаривать. Я люблю людей резать…

И ловко вогнал первую щепку под ноготь.

Убийца взвыл даже через кляп и выгнулся на столе. Но кольца и веревки держали крепко.

А Ивар продолжал. Медленно, с чувством, комментируя каждое действие…. Вгонял щепки, расшатывал, объяснял, что потом просто будет отдирать ногти и опять вгонять щепки уже в живое мясо… Лилю тошнило. Но она старалась не показывать вида.

Так прошло минут двадцать. И только потом вытащили кляп. Лиле это время показалось годами. Но она молчала. Не надо. Не лезь, девочка… Терпи.

Мерзко. Но необходимо. Здесь еще не придумали 'сыворотку правды'.

— Ты ведь не будешь говорить, кто тебя послал? Правда?

Убийца выдохнул пару ругательств.

И вирмане опять взялись за кляп. Кажется, он хотел остановить процесс? Лиля не решилась ничего сказать. Она только наблюдала. Есть вещи, в которые лучше не вмешиваться. Присутствовать она обязана, как графиня Иртон. А вот пытать самой — еще не хватало. Но… пальцев всего двадцать. Они обработали руки, сняли сапоги… Эта скотина ноги моет? Или только носки на водку меняет?

Когда закончились пальцы на ногах, убийца уже потерял всякое самообладание. Он дергался, мычал, скулил что-то сквозь кляп….

Лиле было мерзко до предела. Но простите, это ее жизнь. И жить еще охота.

А если она не узнает, кто ее заказал, где гарантия, что за одним убийцей не придет следующий?

— Пощадите!!! — завопил сломленный мерзавец, как только ему вынули кляп. — Я все скажу!!!

— Он не назвал себя.

Ивар взялся за кляп.

— Я знаю, зачем он это сделал!!!

— У его телки шашни с графом Иртон.

Лиля вскинула брови. Вот как? Жена помирает в глуши, а супруг себе кого-то нашел?

— А телку как зовут?

Главное Лиля узнала.