Чёрный Рыцарь (ЛП)

Я знаю это без тени сомнения. Даже в детстве, всякий раз, когда Ксандер не мог получить то, что хотел, он притворялся, что его это не волнует, а потом прокрадывался за спинами всех и все равно брал это. Просто, доказывая, что он может.

Прежде чем я успеваю высказать ему часть своего мнения, от него приходит еще одно сообщение.

Я так сильно прикусываю нижнюю губу, что удивляюсь, как не льётся кровь. Я действительно сожалею, что открылась ему о своих отношениях с мамой все эти годы назад. Он не только знает мои грязные секреты, но он единственный, кто знает о том, как моя мама заставляет меня чувствовать себя такой маленькой и незначительной.

Хотела бы я сказать ему, что все изменилось, но увы. Это не значит, что я не могу солгать об этом.

Почему он вдруг стал таким странным? Моя голова работала сверхурочно с тех пор, как Эльза ушла в ванную. Это все равно что быть на постоянном подъеме и отказываться спускаться.

Я ненавижу себя, как только отправляю это сообщение. Почему я должна быть такой лицемеркой? Но опять же, Ксандер не рассказывает мне о моей семье, будто у него есть на это полное право.

Черт бы его побрал. Почему он помнит все, что я ему говорила? И если да, то почему, черт возьми, он не может вспомнить те времена, когда я практически умоляла его никогда не оставлять меня с ней наедине?

Затем он ушёл и сделал это.

Он наступил мне на сердце и раздавил его, так почему он думает, что имеет право вернуться и сказать мне, что теперь делать?

Разве Ронан не сказал, что он пьян? Должно быть, это из-за алкоголя, и все, что мне нужно сделать, это игнорировать его.

Что, черт возьми, это должно означать?

Вскоре после этого приходит еще одно сообщение.

Кириана нет дома, так что даже, если Ксандер позвонит и спросит его, он ничего не получит.

Моя кровь закипает, а ноги еще больше сжимаются.

Я почти стучу пальцами по клавиатуре, печатая.

Мои руки дрожат, когда я перечитываю его слова и щипаю себя за бедро, убеждаясь, что это не какой-то мерзкий сон, свалившийся на меня из ниоткуда.

Откуда... откуда он все это знает? Как он может так много выяснить таким маниакальным, подробным способом?

Если только он тоже не следил за мной?

Но Ксандер не наблюдает за людьми. Он не останавливается, чтобы освободить для меня место. Он даже не смотрит на меня большую часть времени.

Я единственная, кто смотрит. Издалека. Как сталкер.

Я отбрасываю одеяло и вскакиваю на ноги, мои мышцы накачиваются разрушительной энергией.

Он не может сказать мне все это, а потом решить, что не хочет иметь со мной ничего общего. Он имеет ко мне самое непосредственное отношение. Черт, он знает то, в чем я отказываюсь признаться самой себе. Он не может притворяться, что ничего не произошло и что он просто не вонзил другой тип оружия в мою уже расколотую броню.