Как не стараюсь, мне не удается скрыть свой очевидный энтузиазм от ее слов:
— Я бы поехала прямо сейчас. Раз уж Финн все равно здесь, я тебе не нужна…
— Финн уехал, — перебивает меня сестра, — возникли срочные дела в офисе. Он много работает, знаешь. — ее голос становится немного капризным и раздраженным. — Честно говоря, я от этого уже немного устала. Не знаю, сколько еще выдержу в таком ритме. Иногда его вечная занятость так меня так бесит, что я подумываю с ним расстаться. Мне необходим мужчина рядом, а не вечно занятый трудоголик.
Кимберли так легко озвучивает свои мысли о расставании, словно говорит о чем-то совершенно обыденном, и внутри что-то тоскливо щемит.
Наверное, я должна испытать как минимум укол радости, что не нужно изводить себя чувством вины за прошлые и нынешние чувства к парню своей сестры, но этого не происходит. Вместо этого меня гложет чувство тревоги: от Ким я знаю, что Финн почти не общается со своими родителями. Каково ему будет быть брошенным? В том, что он испытывает чувства к Ким, я не сомневаюсь, в противном случае не стал бы с ней встречаться.
— Может быть, тебе стоит организовать романтический уикэнд для вас двоих? — предлагаю, насильно глуша жалобный стон сердца. — Финн отдохнет, заодно побудете вместе.
Ким на секунду замирает, не донеся бокал до рта, и потом негромко спрашивает:
— Он тебе все еще нравится, Тони?
Если бы она плеснула мне в лицо шампанским — такого бы эффекта не было. Кожа леденеет, и я впиваюсь ногтями в подол платья, чтобы справиться с последствиями разоблачения.
— С чего ты взяла, что он мне нравился? — спрашиваю, не в силах посмотреть Кимберли в глаза, пока неуверенно разыгрываю заранее обреченную на провал партию.
Голос сестры звучит на удивление мягко:
— Я не дура, Тони.
Я чувствую, как на руках собираются мурашки и к горлу подступает ком.










