Не мой парень

Я благодарен тому случаю и благодарен семнадцатилетней малышке Тони за то, что помогла открыть глаза на дерьмо, в котором я варился.

Мой нынешний союз с Ким не более, чем фарс — мы встретились на одном из благотворительных вечеров, куда ее пригласили в качестве гламурного манекена. Разговорились, а по окончанию мероприятия поехали к ней. После того, как мы трахнулись, Кимберли попросила об одолжении: ей нужно подогреть интерес прессы, а воссоединение со скандальным бывшим, выросшим в удачливого акулу бизнеса, получит резонанс не меньше, чем повторный союз Хейли и Джастина, и станет хорошей рекламой для нас обоих.

К тому же, мать донимает ее замужеством, а наша мнимая связь — способ получить желанную передышку. Я немного подумал и согласился: в конце концов, я не связан отношениями, а Ким моя старая приятельница. Но на задворках памяти екнула мысль о Тони. Что присутствие на семейных ужинах у Эллисов — небольшой шанс узнать о ней больше. Разумеется, без всяких притязаний — все-таки, четыре года прошло, все изменилось. Я изменился, она изменилась. И провальную фирму Хейдена я взял под крыло только из-за нее. Надеялся, что Тони окончит учебу, и старик предложит ей работу. Но этого не происходило: на языках Лили и Хейдена Эллис всегда крутилось лишь имя Ким, а имя Тони всплывало лишь мимоходом. Эти двое — словно два бесталанных фотографа: всю жизнь берут в фокус набивший оскомину предмет, оставляя уникальную красоту фоном. Тогда я сам предложил Хейдену пригласить Тони на работу. Старик сказал, что это отличная идея. Словно это я должен ему говорить, что необходимо думать о будущем младшей дочери. Лишнее напоминание о том, почему он мне не нравился еще четыре года назад.

Я готовил себя к встрече с Тони, но, в конечном итоге, оказался совсем не готов. Она стала еще красивее и увереннее, вот только от наивной милоты и, правда, ничего не осталось. Тони Эллис превратилась в язвительную стерву. Не знаю, чего я ждал, наверное, той же робкой малышки. Я бы сделал все, чтобы ее завоевать. Но к этой мегере не подступиться. Да я уже и не хочу. Вернее, очень хочу. Трахнуть ее. Довести начатое много лет назад до конца, перемолоть ее светлый образ и двигаться дальше.

Меня и так слишком долго на ней клинило.

— Я недалеко от твоего дома, заскочу на чашку кофе? — непринужденным тоном осведомляется голос Ким в динамике ультратонкого смартфона.

Вытряхиваю очередную сигарету из пачки и выхожу на балкон, вливаясь в атмосферу вечернего Лос-Анджелеса с шумом проезжающих автомобилей, теплым влажным воздухом и миллиардами огней. Выпускаю в неоновую темноту струю дыма и уточняю:

— Не поздно для кофе?

— Всего десять вечера, старичок, — звонко смеется в ответ Кимберли.