0
0Один из oставшихся искрящихся шаров поднялся выше, освещая вывеску с названием улицы и номером дома, и Макс достал карту, сверил,и нашел конечную точку.
Дом Михея находился почти в конце кривoго переулка, в начале которого Макс стоял. Туман перед ним плеснул волнами в стороны, расступился, встал двумя плотными стенами, открывая путь как раз в ту сторону, куда ему нужно было – и тут же снова сомкнулся, закрутился дымными вихрями – и через пару секунд снова расступился, образуя уже совсем узкую дорожку.
И Тротт, накрывая себя щитами, очень быстро пошел вперед. Чем дальше, тем нереальнее он себя ощущал. Гoлода больше не было, но с каждым шагом казалось, что он приближается к источнику восхитительно родственной энергии. Она захлестывала его, заставляла вздрагивать от удовольсвия. Тело все покалывало,и он уже почти бежал вперед – так невольно ускоряет шаг сильно замерзший человек, почувствовавший впереди тепло.
На середине пути завибрировала сигналка, настроенная на Αлекса. Позади Макса в небо ворвался огненный столб, растекаясь по куполу. Инляндец обернулся, глядя, как столб постепенно тухнет, поколебался – и все же пошел дальше. Затем начала подрагивать Викина нить. Макс сжал зубы и приказал себе не поворачивать. Сейчас в приоритете справиться с основной проблемой. Помочь Михею – и все остальное сразу нормализуется.
Оказалось, что Мартин ушел далекo от основного маршрута – и хоть убей, он не мог понять, в какой из моментов начал грезить наяву, и реальность сменилась наведенным сном. Барон глотнул Максова тоника – после присосавшейся к нему лже-Вики резерв хорошо так просел (да и просто душа просила алкоголя, а инляндец спирта для настойки не пожалел), еще раз взглянул на карту. Над домами полыхнуло, будто где-то справа прокатился и затих пожар, красными всполохами осветивший внутреннюю сторону щита над городом.
Барон запустил россыпь Светлячков, еще раз взглянул на карту. Последний ориентир, о котором говорил Саша – кладбище в «красной» зоне – как раз располагалось в стороне, где произошла вспышка.
Мартин из чистого любопытства попытался открыть Зеркало, но это предсказуемо не удалось. Слишком сильны были стихийные искажения под щитом. И блакориец направился в сторону кладбища.
Он торопился. Сигналка Алекса перестала дрожать – и непонятно было, то ли справился сам,то ли помощь запоздала. По пути в ноздри начал пробиваться странный запах – и через сотню шагов уже вовсю несло гарью. Барон ещё ускорился, и на улочку, с другой стороны которой находилось кладбище, выходил уже сверкающий щитами.
Тут в нос шибануло вполне определенной ацетоновой вонью. Над кладбищем сквозь туман красными углями мерцали остовы деревьев, кое-где продолжался пожар.
