2
0– К твоему чутью ещё мозгов бы немного, – не удержалась Помфри. – Это мистер Малфой навещает мистера Поттера. А пока мистер Поттер не приходил в себя, выпечка жертвовалась на нужды Больничного крыла.
Снейп стиснул пальцы в кулак и прошептал:
– Драко! Я же говорил, просил…
– Успокойся, – сказала медиведьма. – Мальчики подружились, и это славно. Гарри было нелегко одному.
– У него есть гриффиндорские дружки, пусть они… – Северус осёкся и опустил голову.
– Пусть они, бедные дети легковерных и недалёких родителей, подвергаются опасности общения с сильнейшим тёмным магом, – невозмутимо закончила мадам Помфри. – Верно, Северус?
Снейп вцепился в лакированные подлокотники кресла так, что они затрещали.
– Откуда… откуда вы… – взгляд у него стал загнанный. – Я не желаю Поттеру зла, но Драко… Драко и без того…
– Каждый Малфой и без того проклят, – продолжила Поппи. – Красивый, умный и сильный маг обречён на раннюю, зачастую, трагическую гибель, а его единственный сын взваливает на себя тяжесть заботы о семье в то время, когда его ровесники заботятся лишь о своём приятном времяпрепровождении.
– Именно, мадам Помфри, – Снейп с усилием взял себя в руки и откинулся на спинку кресла. – Поэтому я не хочу, чтобы младший Малфой подвергал себя опасности с самого детства. И я…
– Старший Малфой ещё жив, рановато ты взял на себя обязанности его душеприказчика, – Поппи отрезала крохотный кусочек бисквита, положила его в рот и блаженно зажмурилась. – Это волшебно, Северус, попробуй.
Снейп тяжко вздохнул и напомнил сам себе, что он пришёл сюда в полном отчаянии, не найдя никакого выхода. И только огневиски придал ему решимости обратиться за помощью. Нужно во всём признаваться, не время скрытничать.
Он долго размышлял перед тем, как избрать себе сообщника. Коллеги, даже Филиус и Помона, отпадали сразу. Все они участвовали в сооружении Запретного коридора, а значит, не видели ничего ужасного в существовании этого дикого аттракциона на территории школы. Кроме того, Северус был не готов делиться невесёлыми воспоминаниями о своей жизни ни перед кем из преподавателей.
А вот мадам Помфри подходила идеально. Во-первых, по службе она подчинялась не Дамблдору, а Главному целителю Мунго Фредерику Шафику – главе уважаемого нейтрального рода. Во-вторых, она была давней подругой Сметвика, а Гиппократ Сметвик, жуткий хам и невыносимый кривляка, обладал авторитетом, вполне сопоставимым с авторитетом директора Хогвартса. Снейп очень рассчитывал на связи Сметвика – вполне возможно, лже-Поттера придётся прятать.
Ну а в-третьих, Поппи Помфри совершено точно знала, что именно произошло в Визжащей хижине шестнадцать лет назад, и вполне сознательно встала на защиту треклятого Люпина.
