Злодейский путь!.. Том 10 (СИ)

Кто знает, что бы сделал Шен, если б Рурет объявила, что уходит? Возможно, это подстегнуло бы его наконец признаться. Если бы не то трагичное событие, может, Шиан, твои манипуляции лишь подтолкнули бы их начать действовать, и ты бы сыграл роль свахи. Если бы не… — тут до Шена дошло: — Я. Если бы не я. Рурет собиралась уйти, но из-за встречи со мной решилась на тот ритуал. Что? И кого мне винить? Презирать Шиана? Как я могу его судить после того, как сам не попытался ничего исправить? Я просто стоял перед ней, зная будущее».

Шиан вглядывался в глаза Шена и заметил, когда из задумчивого его взгляд сделался потрясенным. Естественно, Шиан решил, что дело в нем, что Шен осознал, какой подлой и двуличной тварью является его второй старший брат. Он и не думал, что после того, как признается, Шен его простит. Если бы Шиан тогда не затеял ту игру, пытаясь выйти из тени, никакой трагедии бы не было, не так ли? Как такое можно простить? И все же Шиан ощутил некое облегчение оттого, что открыто во всем признался. Странное чувство разрывало его сердце: горечь, смешанная с безумной надеждой и лютым восторгом. Он впервые говорил с ним откровенно, и это было так больно, что душа разрывалась на части. Словно у него нет кожи, нет костей, есть лишь сияющая сердцевина, которой больно на свету, больно без стен.

Он никогда не чувствовал ничего подобного и, кажется, готов был свихнуться от эйфории этого ощущения.

Пока Шен задумчиво уставился в одну точку, о чем-то размышляя, Шиан приблизился к нему и вгляделся в напряженное лицо. Нежно и почти невесомо он дотронулся до его щеки, провел пальцами по волосам и коснулся губ в легком поцелуе. Шен, мгновение назад пребывающий в своих думах, тут же дернулся, пытаясь отстраниться, но хватка Шиана в тот же миг усилилась, его рука надавила на затылок, упреждая движение. Потребовалось несколько томительных секунд, чтобы оттолкнуть его.

Шен отпрянул в сторону и закашлялся, хватая ртом воздух. Ощущения были до того неприятными, что он поразился их яркости, учитывая вымышленность этого тела. Лунг Рит не уточнял, может ли что-то ощущать эта оболочка, но, очевидно, может.

— Ты совсем с ума сошел?! Как тебе только в голову пришло сделать такое?! — воскликнул он, когда смог говорить.

Шиан смотрел на него, хмуря брови. Очевидно, только то, что их руки были все еще связаны, мешало Шену отойти подальше. Шиан ощутил глубокую обиду, словно бы зародившуюся внутри против голоса разума, который с самого начала говорил, что из этой затеи не выйдет ничего хорошего. Он эмоционально воскликнул:

— А что мне терять? Разве, когда мы вернемся, ты еще будешь со мной разговаривать? Я видел твой взгляд! Ты же меня презираешь!

— Я презираю себя! — не выдержал Шен.

Шиан потрясенно уставился на него.