Забудь меня, Эй

Вот так ее и затягивает ложь, словно в трясину, и чем дольше она молчит, тем сложнее ей признаться и рассказать Роману правду. «А может не надо вообще ничего пока говорить? Что это изменит? Ведь у нас и так все хорошо, Роман любит Дашку и меня, кажется, тоже…» Так страшно было разрушить эту идиллию, как тогда, когда все рухнуло, и она едва сумела выбраться из-под обломков. Сейчас не выберется, у нее больше не хватит сил.

«Я скажу. Обязательно скажу, только как-нибудь потом, позже, когда выпадет удобный момент». Только в глубине души она знала, что не скажет, не сможет, пока не будет знать правду о том, что на самом деле произошло семь лет назад, и почему Роман Яланский, ее любимый Робин Гуд, уверен, что это именно она предала его, та самая Эй, которая сначала спасла ему жизнь.

Когда Саша поставила в духовку запеканку, было уже за полночь. Появление в доме полосатого питомца, его купание и бесконечные погони так взбудоражили детвору, что оба ребятенка долго не могли уснуть. Виновник всего этого бедлама, к слову, дрых без зазрения совести в своем плюшевом домике, несмотря на несмелые просьбы детей пустить котика спать с кем-нибудь из них.

Но здесь Роман был непреклонен:

— Или кошак спит в домике, или мы с мамой увозим его назад в офис. Лучше думайте, как его назвать, а то так и останется кошаком.

И Сашка надолго застряла в детской, пока дети окончательно не уморились в поисках звучного и подходящего имени, но так к единому мнению и не пришли. Потом приняла душ и спустилась вниз, чтобы как раз к утру был готов ароматный завтрак, загрузила запеканку и устроилась на кухонном диване с книгой.

Роман нашел ее почти сразу же, такое чувство, будто в него встроен потайной радар, чтобы он мог найти Сашку в любое время в любом месте.

— Что читаешь? — Роман бесцеремонно улегся на диван, используя ее в качестве диванной подушки.

— ПДД, — ответила Сашка, не отрываясь от книги.

— Да ладно, — он даже привстал, заглядывая на обложку, — что, правда?

— Хочу получить назад машину. Или ты пошутил насчет экзамена? — она посмотрела на Яланского поверх книги.

— Ну-у… Ты могла бы гораздо быстрее подтвердить свои права, если бы пришла на пересдачу в мою спальню… — затянул Роман, как будто Сашка сама этого не знала.

— А ты сам все помнишь? — вновь взглянула с подозрением.

— Конечно! — и ни один мускул на лице не дрогнул.

Срезался Яланский на парковках. Поначалу он довольно бодро отвечал на вопросы, а когда Сашка спросила, на каком расстоянии можно парковаться от мусорников, Роман начал путаться, угадывать и придумывать.