Руки держали ее безо всякого трепета, она не чувствовала того томления, что все последнее время сквозило между ними, в его взглядах и прикосновениях. Сытый, удовлетворенный, уставший мужчина. Осознание, от чего он устал, разжигало в душе очередной приступ ревности, так что вряд ли они сегодня о чем-то договорятся.
Роман, видимо, решил так же. Бросил плед на пол, обхватил Сашку и увлек на плед.
— Я тоже устал и хочу спать, если у тебя еще остались вопросы, предлагаю отложить до завтра, — он ногой дотянулся до выключателя, и свет погас.
— Ты что, собрался спать здесь? — спросила изумленная Сашка, скованная по рукам и ногам, потому что Яланский крепко обвил ее еще и коленями.
— Да, так я буду уверен, что ты не сбежишь. Я бы отнес тебя в свою спальню, но ты снова начнешь кричать, что не спишь с женатыми мужиками.
— А в гардеробной на полу ты перестаешь быть женатым?
— Нет, ну так это и не спальня.
Он уже почти засыпал, зарывшись в ее волосы, и она вновь с горечью осознала, что впервые за все время он прижимается к ней, и она не чувствует его возбуждения, никакого желания и трепета.
«Сама виновата, — молнией пронеслось в голове, — правильно он все сказал. Поизображай еще так еще с месяц недотрогу, и он любовниц открыто в дом водить начнет».
— Чего не спишь? — пробормотал Роман, и его губы приятно защекотали за ухом. Она выгнулась от удовольствия, совсем позабыв, что Яланский мерзавец и враг. — Сочиняешь план мести?
— Уже сочинила, — Сашке безумно хотелось спать, но на полу было неудобно, твердо, еще и Яланский навалился сверху. — Завтра встречаюсь с Алексеем.
— Перестань елозить задом, Саша, — сказал недовольно Роман, сильнее придавливая ее коленом, — иначе у тебя прямо сейчас появится женатый любовник.
— Ты себе льстишь, Яланский, твоя Ангелина тебя сегодня достаточно обкатала, — не смогла придержать язык Сашка.
— Проверим? — он легко опрокинул ее на спину и наклонился к самому лицу, но все равно Саша не ощущала того магнетизма, что притягивал ее все это время. А может быть, в ней просто что-то надломилось? И теперь зависимость от Романа не будет такой сильной? Она сама не знала, сокрушаться ей или радоваться.
— Нет, Рома, не стоит, — она легонько провела пальцами по наметившейся щетине, — я не подбираю объедки.










