Забудь меня, Эй

Но Роман сделал вид, что ничего особенного не случилось, и Сашка поспешила оставить кабинет. И поймала на себе внимательный взгляд Романа. Он в самом деле ждет, что она устроит сцену ревности? Не дождется.

Она стояла у окна, пытаясь унять нервную дрожь в пальцах, когда из кабинета вышел Роман и подошел к кофемашине. Сашка даже оборачиваться не стала, пусть только попробует заикнуться, чтобы она сделала кофе этой губастой грымзе! Точно по миру пойдет. Яланский, видимо, не лишен был инстинкта самосохранения, сделал сам две чашки кофе и скрылся в кабинете, на Сашку он не смотрел.

В офисе парочка пробыла недолго, Роман, уже стоя в дверях, сообщил потолку, что его сегодня не будет, а Ангелина при этом с очень странным видом наблюдала за Сашкой, и та на ее фоне чувствовала себя бледной и невзрачной. Что ж, пусть это теперь будут проблемы потолка. Лишь только за ними закрылась дверь, Саша выждала немного, поднялась, подхватила сумку с ноутбуком и направилась к парковке. Но там ее ждал сюрприз.

— Александра Михайловна! — за ней следовал молодой человек, Сашка помнила, что он входил в их службу безопасности, а вот как зовут его, позабыла.

— Роман Станиславович сказал, чтобы вы одна никуда не выезжали. Садитесь в машину и поезжайте за мной.

А на ее возмущенные возражения лишь развел руками:

— Ничего не знаю, разбирайтесь с ним сами. Мне сказано, я выполняю. Иначе приказано запереть вас в офисе.

Это уже точно был перебор. Сашка злая, как собака, села за руль и с силой хлопнула дверцей. Этот самоуверенный индюк мало того, что развлекается в свое удовольствие, в то время как она должна заниматься теперь уже двумя детьми, так еще и указывает, что и как ей делать? Но дальше препираться с парнем не стала, завела двигатель и ехала до самого дома вслед за серебристым «мерсом» Игоря.

Дети как чувствовали ее настроение, капризничали, даже Дашка, которая вообще не отличалась плаксивостью, они оба как будто сговорились довести Сашу до точки кипения. А потом еще вспомнили, что Роман обещал сегодня вернуться и прокатиться к озеру, ей с трудом удалось успокоить разошедшуюся малышню.

Пересказав все сказки, перепев все песни, — даже последние шлягеры вспомнила! — она, наконец, уложила детей, но уходить из детской не хотелось.

Саша осторожно подвинула дочку и легла рядом, прижавшись к ее головке и вдыхая родной запах.

Роман никогда не принадлежал Саше и не будет принадлежать — жена, любовница, другие женщины, которых, судя по доходившим до нее сплетням, вокруг него было полно, она не собирается брать номерок и терпеливо дожидаться своей очереди. А ее девочка всегда будет с ней, что бы ни случилось, жили как-то без Яланского и дальше проживут.

Она незаметно уснула, а затем проснулась он неясного шума, поднялась и выглянула в коридор.