Шестерки умирают первыми

— Не знаю, Дима. Будем надеяться, что уже недолго осталось ждать. Ее револьвер в порядке?

— Был.

— Другого оружия нет?

— Не знаю. Я старался обыскать всю квартиру, но не уверен.

— Хорошо. Спасибо вам, Дима. Фокус с Бицадзе у вас получился.

— Это вам спасибо, что догадались. Что вы будете делать?

— Еще не решила. Но вы не беспокойтесь. Я знаю, что вы не виноваты ни в чем. Но говорить об этом никому не буду, чтобы не спугнуть Русанова. Когда вашей подруги не будет дома, можете мне звонить, я все равно теперь знаю и адрес ваш, и телефон. Но только мне.

— А Ивану?

— Лучше не надо.

— Почему?

— Не знаю. Не надо, и все. Хорошо?

— Хорошо, Анастасия Павловна.

— Просто Настя. Я моложе вас на семь лет.

— Правда? Никогда бы не подумал… Мне почему-то казалось, что вы похожи на Ламару, эдакая тертая тетка в годах и с зычным голосом.

— Дима, я понимаю, как вам трудно. И в связи с Русановым, и в связи с Кирой. Но вы держитесь. Я обещаю, уже недолго.

— Спасибо. Я продержусь.

Повесив трубку, Платонов метнулся к окну. Через некоторое время из подъезда вышла высокая худая блондинка в куртке и джинсах, с длинными, стянутыми в «хвост» волосами. Дмитрий не видел ее лица, но почему-то решил, что она должна быть очень красивой.

7"

"Областное и городское начальство наконец договорилось между собой, потому что дело «областного» снайпера плотно срослось с делом Платонова. Когда во вторник вечером Кира Левченко вышла из дома, сигнал об этом поступил по меньшей мере в три разных места, в том числе и Гордееву, который тут же перезвонил Насте:

— Сиди в кабинете, никуда не уходи. Может, тебе Платонов отзвонится.

И он действительно позвонил.

— Куда вы ее послали? — спросила Настя.

— Звонить Русанову. Я же звоню вам всем каждый день. И ему тоже, чтобы не заподозрил чего-нибудь.

— Интересно, что он ей говорит?

— Что все очень плохо, что меня подозревают все больше и больше, что все время находятся какие-то улики против меня. Короче, чтобы сидел тихо и не дергался.

— Улики находятся, это точно, — подтвердила Настя. — Он же сам их и находит. Что она должна сделать еще, кроме того, что позвонит Русанову?

— Больше ничего. Она должна сразу вернуться домой.

— Хорошо, я учту это.

Поговорив с Платоновым, она вышла из кабинета и постучалась к Гордееву.

— Виктор Алексеевич, скажите ребятам, что она должна только позвонить Русанову. Если после этого она будет возвращаться на Ивановскую, то на сегодня отбой, уже десятый час. Если же она поедет в другую сторону, значит, она решилась.

Через полчаса поступило сообщение, что объект наблюдения вошел в метро, но поехал не по Серпуховской линии, а по Замоскворецкой.

— Она поехала к Русанову, — сказала Настя с тяжелым вздохом.