11
0Неоновая вывеска, прилепившаяся сбоку к окну, гудела и отбрасывала лиловый свет на витрины.
С двумя уровнями, нижняя часть представляла собой зал ожидания с черными кожаными диванами, стойкой администратора и небольшой кладовкой.
Верхний этаж был разделен высокими стеклянными пластинами, что давало каждому художнику собственное пространство для украшения своей станции по своему усмотрению. Большая часть из них была сделана по индивидуальному заказу, обрамлена стенами, наклейками и тату-оборудованием. А сзади стоял деревянный стол, за которым сидел я, если только не убирал в мастерской или не помогал.
Причина, по которой я был так зла на Дориана все эти годы назад, причина, по которой он подтолкнул меня нанести первый удар, по-настоящему пробудить во мне ту ярость, которая не покидает меня, заключалась в том, что именно здесь я рисовал.
Я не держал это в секрете, потому что моим родителям было плевать на то, что я делал. Так что я бы повесил их на стеклянные панели стен оранжереи. Каждая была покрыта кремовым листом бумаги с каким-то рисунком, который я нарисовал. Дориан знал об этом. Он видел это.
К двенадцати я покрыл ими все пространство. Так что, когда они переделали его в его кабинет, я больше никогда не видел этих фотографий. Все они были выброшены. Еще один гвоздь в мой эмоциональный гроб.
Не желая, чтобы он победил, никогда не желая, чтобы мои каракули снова попали в их руки, я начал рисовать на себе. Мои пальцы, мои руки, руки и бедра. Везде, куда я мог добраться.
Я часто задавалась вопросом, а не взглянули ли на меня отец и мать, увидели ли во мне на самом деле талант. Но я мог бы стать выпускником Массачусетского технологического института в десять лет с IQ, равным Эйнштейну, и этого было бы недостаточно, чтобы сравняться с моим братом. Я не мог сделать ничего, что было бы достаточно хорошо для них.
Думаю, что было бы лучше, если бы я узнал об этом в раннем возрасте, вместо того, чтобы прожить всю жизнь, соперничая за их внимание, когда этого никогда не произойдет. У них было все, что им было нужно в ребенке, когда у них был Дориан. Я был просто тратой.
С семнадцати лет я стал приходить сюда. Я нашел его однажды ночью, когда катался на машине допоздна, думая о, переезде через популярную скалу для прыжков со мной внутри. У меня не было ничего, ради чего я хотел бы жить.
Все не так печально, как кажеться. Я имею в виду, что это происходит каждый день. Люди умирают, смиритесь с этим.
Я хотел умереть с тех пор, как узнал причину, по которой мне вообще дали жизнь. Я имею в виду, что мальчики были бы друг у друга. Я был не нужен, и я устал бороться за жизнь, которую ненавидел. И тут я увидел салон.
Так что, если верить в такую голливудскую ерунду, как судьба, можно назвать это как-то так.
