Чёрный Рыцарь (ЛП)

— Знаешь, что сейчас произойдет?

— Нет?

Не знаю, почему это прозвучало как вопрос, но я слишком возбуждена, чтобы думать об этом в данный момент.

— Я трахну тебя так сильно, что ты захочешь быть только моей. Сейчас, завтра и, блядь, всегда. — Ксандер поднимает обе мои ноги, чтобы они легли ему на плечи. — Держи их там.

Я делаю это, даже несмотря на то, что меня трясет, тело кружится от этой потребности в чем-то, в чем угодно.

Он проникает в меня так глубоко, что я чувствую его всем своим существом. О, Боже.

Мой рот открывается в безмолвном крике.

С поднятыми над головой руками я слишком беспомощна, чтобы двигаться или пытаться освободиться — не то, чтобы я этого хочу.

Требуется один толчок, один единственный, и я кричу от оргазма.

Он прижимает ладонь к моему рту, приглушая звук, входя в меня. С каждым движением он попадает в волшебное местечко, которое сводит меня с ума.

Я даже не кончаю от первого оргазма, а в него вливается еще один. Мой непрерывный крик прерывается его ритмом. То, как он закрывает мне рот и прижимает мои руки к голове, в то время как владеет моим телом, это больше, чем фантазия, это разрушение.

Это нахождение кусочков меня, о которых я никогда не подозревала."

"Это принадлежность в ее самой истинной, самой грубой форме.

Его темп нарастает с такой силой, что у меня перехватывает дыхание.

— Ты. — толчок. — Моя.

Он со стоном высвобождается внутри меня. Я чувствую себя такой наполненной им, что это сводит меня с ума.

Я задыхаюсь. Мои волосы прилипают к затылку и вискам от пота. Пот покрывает все мое тело и блестит на его твердых мышцах.

Меня все еще сильно трясет, что не думаю, что когда-нибудь спущусь с такой высоты.

Так вот что значит быть основательно оттраханной.

Ксан не выходит из меня, но кладет мои ноги на матрас. Его горячие губы пробираются вверх по моему животу, груди и шее, прежде чем он убирает руку и завладевает моим ртом в грубом поцелуе.

А потом он снова начинает двигаться во мне, медленно и размеренно, почти так, словно наслаждается моим телом в самый первый раз.

Меня охватывает другой тип удовольствия, наполненный годами тоски, упущенных шансов и вредных привычек.

Мы с Ксандером начали с трагедии, но нашли в ней компанию. Мы боролись со своей болью объятиями, поцелуями и легкими прикосновениями.

Теперь мы боремся с этим по-другому. Теперь мы попробуем это на языке друг друга и видим это в оставленных шрамах, физических или эмоциональных.

И с болью приходит освобождение.

С болью приходит свобода.

Я никогда не чувствовала себя свободнее, чем когда он держит меня.

Он медленно, но, верно, забирает мою боль, и я тоже заберу его.

Он мог бы быть моим рыцарем, но теперь я буду его. Я верну его доспехи и меч.

Чтобы он мог остановить войну.

Его бедра дергаются от силы толчков.