2
0Задавай свои вопросы, радость моя, я на все отвечу. Не бойся.
— Что будет с моей семьей?
Чуть отстраняюсь, хочу лицо Аяза видеть, в глаза его проницательные смотреть.
— Ни твой отец. Ни твоя мать не причастны к тому, что случилось. Как я уже сказал виновна Фатима. Ее вина доказана. Далее ее ждет закрытое судебное разбирательство…
На мгновение присматривается ко мне, будто обдумывает говорить, или нет.
— Что… Аяз ты не договариваешь?
Наконец кивает, решает продолжить:
— Она покушалась на жизнь и здоровье твоей матери.
— Что?! — взвиваюсь вся.
— Фатима столкнула Аглаю с лестницы.
Прикрываю на мгновение глаза, мне кажется, что я не дышу.
— Как… как такое могло произойти…
— Личные мотивы.
Прикусываю губу. Примерно понимаю почему и зачем вторая жена отца так поступила.
— А… моя сестра? Что будет с Каролиной?! Ты… накажешь ее?!
Когда вопрос этот задаю, чуть в обморок не падаю от напряжения. Замираю вся.
Но Аяз лишь улыбается."
"До меня наконец доходит, что я имею дело с самым настоящим стратегом и великим правителем, когда шейх неожиданно подмигивает:
— Зачем мне наказывать твою сестру?
Обескураживает меня ответом, а я в его глаза смотрю. Такие проницательные. Глубокие. И замираю, ожидая ответа.
— Скажем так, Мелина. Я использовал ситуацию и развернул все наилучшим образом для государства.
— Аяз… ты… я не понимаю…
Отвечаю шейху, чувствуя себя самой настоящей глупышкой. Но Макадум лишь касается моей щеки, нежно поглаживает.
— Хороший правитель прежде, чем принять решение должен все взвесить и разобраться. Именно поэтому я не спешил к тебе, радость моя, был слишком горяч и давал себе остыть.
Киваю, осознаю слова Аяза.
— И сейчас, разыграв все фигуры на шахматной доске, я могу сказать, что благодаря тому, что твою сестру взял в жены Малик аль Ибрагим, а я провозгласил своей женой — тебя…
Делает многозначительную паузу, чтобы я поняла смысл сказанного шейхом.
— Сейчас мой род и род Малика стали родственниками, а эти узы священны. Многолетний конфликт на границе разрешен и теперь благодаря такой вот рокировке я решил давнюю проблему, которая словно рана не рубцевалась из-за периодически вспыхивающих стычек…
— Ты ужасный человек, Аяз… — отвечаю прижима ладонь к горлу, не знаю восхищаться ли умом этого хищника, или просто в агонию впасть от вида такого кукловода, который умеет выворачивать любую взрывоопасную ситуацию себе на пользу…
— Если бы не случилось этой ситуации, то можно было бы ее придумать, так как решился долголетний конфликт и ситуация, разрешилась, как принято выражаться в политике по типу: Вин — вин…
Прикусываю губу в шоке.
Аяз все продумал.
