Наследие предков

 — Было бы сносно, если б ты на костылях к своим вернулся! А мы с тобой, как с дитем малым нянчились!

— Так вы отказываетесь от переговоров? — в голосе Пауля тоже слышалось раздражение, которое не могла скрыть даже маска.

— Стой здесь и жди. Я доложу командиру. Повернись лицом на закат и не оборачивайся. Если будешь смотреть, в какую сторону я иду, мои часовые тебе башку прострелят.

— Я понял, — махнул рукой Рохес и, развернувшись, уставился на меркнущий закат.

* * *— Ну, капитан, ты зря нервничаешь. Я примерно такой расклад с их стороны и предполагал, — произнес Стечкин, встретивший Колесникова у дегазационной.

— Мне все равно это не нравится, — нахмурился Борис.

— Ну, это все издержки дипломатии.

— Так что мне ему передать?

— Скажи, что мы встретимся с их бронемашиной. Ахмет сейчас заведет нашу, и поеду вместе с Рохесом этим на броне.

— А если они попутают и из фауста шарахнут?

— А белый флаг на что?

— Белый флаг на морпеховском бронетранспортере, — неодобрительно покачал головой Борис.

Стечкин усмехнулся:

— Да успокойся, ура-патриот.

На броне будет сидеть Рохес и держать этот флаг. Так что наша честь не измарается.

— Я с тобой, командир, — решительно произнес Колесников.

— Не возражаю.

— Никита! — крикнул Колесников в дежурку. — Альф!

— Я! — отозвался оттуда гвардеец.

— Быстро сообрази мне «пояс шахида»! Пластида побольше, шарики, гранату и от чеки тросик, чтоб через рукав к запястью!

— Пять минут, товарищ капитан! Щас сделаю!

— Это еще зачем? — поморщился майор.

— Ну как. Ежели лажа какая, то и их, и себя и, уж прости командир, тебя до кучи, — развел руками Борис.

— Ну ты и отморозок, Боря, — покачал головой Стечкин, улыбаясь.

— Морская пехота России, однако, — подмигнул командиру капитан Колесников.

* * *Бронетранспортер двигался вперед, демонстративно включив фары и подсвечивая лучом дополнительного фонаря сидевшего на корпусе Пауля Рохеса, сжимающего белый флаг. Рядом с ним находился Борис Колесников — в качестве подстраховки, чтобы заморский гость не слетел с корпуса от тряски транспорта. Одной рукой он держался за ствол КПВТ, который был зачехлен.

Конечно, в случае чего брезентовый чехол не станет препятствием пулям калибра 14,5 миллиметра, но самим своим наличием он явно демонстрировал мирные намерения. Другой рукой Борис крепко сжимал пояс Пауля. Внутри, помимо механика-водителя, находился стрелок главного калибра бронетранспортера, его второй номер и Стечкин.

В километре от бункера, на холме, чья вершина возвышалась над осевшим тяжелым ядовитым туманом, стоял другой бронетранспортер. Не российского производства.