3
0
— Есть, потому я и говорю, да не с тобой! — рявкнул я, бросив злой взгляд.
— И вправду, Сергий, — махнул рукой игумен. — Видно, очень важно князю Андрею Владимировичу увидеть Иова, может, и по царскому приказу, а может, и нет. Князь, — проникновенно взглянул мне в глаза игумен. — Пообещай, что не прольется кровь в святой обители.
Молча достав крест из-под рубахи, я его поцеловал и произнес только одно слова:
— Клянусь!
— Ох, — выдохнул с облегчением игумен. — Сергий, проводи князя к Иову, а я пойду помолюсь, — игумен неспешно повернулся и тяжелой шаркающей походкой направился в церковь, опираясь на посох.
— Пройдемте, Андрей Володомирович, я покажу, — махнул рукой Сергий в сторону длинного каменного здания.
Подойдя ко входу, Сергий обернулся и, оглядев нас, заговорил:
— Княже, пущай твои люди здесь обождут, не стоит братьев пугать.
— Дедушка и Олег со мной, — произнес я и первым вошел дом, где располагались кельи монахов.
Сергий меня обогнал на пару шагов, а после замер возле одной двери, указывая на нее.
— Дедуль, дядюшка, будьте здесь, дабы никто не подслушал, разговор у нас не для лишних ушей, — сказал я, потянувшись к двери.
— Не будет лишних ушей, а коли появятся, мы их отрежем, — усмехнулся дед и покосился на Сергия.
Открыв дверь, я зашел в келью, была она небольшой, чуть шире кладовки. Открытое окно давало свет и свежий воздух. Напротив кровати стояла лавка, на которой и сидели двое монахо, старый и молодой.
У молодого на коленях лежала книга, которую он читал вслух. Он тут же прекратил чтение и уставился на меня.
— Уйди, — приказал я.
— А-а-а, — затянул он.
— Пшел вон! — повторил я свой приказ в более грубой манере.
— Иди, Фекл, иди, — подняв руку, произнес тихим голосом Иов.
Молодой, поднявшись с лавки, отвесил поклон то ли мне, то ли Иову и удалился.
«Уважают его здесь и пекутся о бывшем патриархе. Хотя почему бывшем? Сан-то с него не снимали, хоть и сорвали одежду», — промелькнула у меня мысль.
— Здрав будь, патриарх, — медленно произнес я
Иов же ответил не сразу, начав подслеповато щуриться.
— Не патриарх я ныне, а просто монах и божий человек. Кто ты? Твое лицо кажется мне знакомым, но признать и вспомнить не могу, — нахмурился Иов.
— То немудренно, — усмехнулся я. — Князь я Старицкий. Андрей Владимирович! — уверенно произнес.
— Из каких таких Старицких? — незамедлительно спросил Иов, будто ослышался, так еще и губы начал жевать.
— Из тех самых, что от Василия пошли, великого князя Московского, от сына его Андрея.
— Ха-ха-ха, — вдруг неистово расхохотался старец и неожиданно закричал: — Лжешь, подлец! — И с ненавистью на меня посмотрел. — Еще один воренок. Мария последняя была в роду, и сына у нее было. Убить пришел, так убей! Не измывайся и не заставляй лжу твою слушать.
