3
0Когда сюда с подмогой прибыл Михаил Ярославович Тверской, спасать некого было кроме старицы. Вот он и распорядился построить крепость на противоположном берегу Волги, так город появился. После уж великий князь московский передал его своему сыну Андрею Васильевичу, вот уж при нем-то город и расцвел. Любил ваш родич Старицу, княжьи палаты возвел, да и укрепил.
Мы медленно шли по дороге, а пока Ждан рассказывал, я осматривался. Холм, на котором стояла крепость, был окружен рвом, глубоким и длинным, через который было перекинуто два мостка. На дне рва виднелись деревянные заостренные колья, а сам он был наполнен водой.
— Князь же Владимир Андреевич, ваш прадедушка, воздвиг собор Бориса и Глеба в честь взятия Казани, но поговаривают, что все же в честь своего брата царя Иоанна Васильевича, правда это или нет, то мне не ведомо. Царь не раз бывал здесь. Любил он поохотиться, даже посольство принимал и мир здесь заключил с Ляхами. Цесарский посланник здесь был, от самого папы римского, — с гордостью произнес Ждан.
— Славен город, — кивнул я.
Я же продолжал оглядываться по сторонам, сам холм опоясывал мощный четырехметровый вал, на котором я насчитал тринадцать башен. Склоны холма были круты, и, кроме как по дороге, взобраться было невозможно.
Зайдя в крепость, я увидел огромный колокол, висящий рядом с воротами.
— Это заполошный колокол, княже, еще Андрей Васильевич приказал его здесь повесить, коли враг придет, весь город услышит.
Я же кивнул и обратил внимание на церковный собор. Он был похож на Успенский собор Московского кремля, было что-то общее. Выполнен он был из белого камня, с пятью башнями-шатрами.
— А вот и собор, — замер Ждан и перекрестился, и мы вслед за ним.
— Из нашего мрамора он построен, — с гордостью заметил Ждан.
— Мрамора? Здесь есть каменоломни? — удивленно переспросил я.
— Есть, оттуда камень и на постройку Белого города в Москву шел, и на стенц в Смоленске, а уж сколько с него церквей возвели и не упомню.
Я кивнув Ждану и осмотрелся по сторонам, в крепости стояло много подворий, в том числе и амбары.
Мы же двинули дальше, и нам преградила дорогу деревянная стена с башнями, ворота были открыты.
— А вот и княжьи палаты, — довольно произнес Ждан.
Сзади послышался топот, и мы обернулись, это воевода быстрым шагом шел в нашу сторону, его сопровождали мои люди, рядом с ним была и пятерка стрельцов в некрашеных кафтанах.
— Все, княже, исполнил. Связали Зиминых и в холодную бросили. Вечером Михаила повесим и сына его, — угрюмо произнес воевода."
"— Добро, — кивнул я, и мы двинулись дальше.
Княжьи палаты были каменные, выстроенные из того же камня, что и собор. Было видно, что в них уже давно не жили, но все было чисто, никакой пыли.
