Нарцисс в цепях

Но я стояла, вцепившись в руку Джейсона, и сердце стучало так, что заглушало музыку. Мне было страшно, но не как от ножа в ночи, а как кролику в свете фар. Меня раздирали, парализуя, два инстинкта, как всегда бывало в присутствии Жан-Клода. Мне хотелось одновременно броситься к нему, обнять, обернуться — и бежать с воплем без оглядки, молясь, чтобы он не догнал.

Он стоял передо мной, но не двинулся, чтобы меня коснуться, преодолеть оставшееся расстояние. Будто так же остерегался коснуться меня, как я его. Он меня испугался? Или ощутил мой страх и боялся меня отпугнуть? Мы просто стояли, уставясь друг на друга.

Глаза у него были теми же: темно-темно-синими, окруженными богатством пушистых черных ресниц.

Джейсон поцеловал меня в щеку, легко, как целуют сестру. И все равно я вздрогнула.

— Я здесь третий лишний. Вы двое отлично справитесь.

И он испарился, оставив нас с Жан-Клодом глазеть друг на друга."

"Я так и не узнала, что бы мы могли сказать друг другу, потому что к нам подошли другие раньше, чем мы могли бы что-то решить. Самый низкорослый был пяти футов семи дюймов роста, и на треугольном лице было больше косметики, чем у меня.

Хорошо наложенной косметики, но он не пытался походить на женщину; Очень короткие черные волосы, хотя было видно, что они вились бы, будь подлиннее. Одет он был в черное кружевное платье, приталенное, из-под которого виднелась худощавая, но мускулистая грудь. Юбка развевалась вокруг почти солнцем, а чулки на нем были черные с тонким паутинным узором. На ногах — босоножки на шпильках, ногти на руках и на ногах выкрашены черным лаком. Он был... прекрасен. Но завершало этот наряд чувство исходящей от него силы. Она окружала его, подобно аромату дорогих духов, и я поняла, что он альфа кто-то.

Первым заговорил Жан-Клод:

— Это Нарцисс, владелец этого заведения.

Нарцисс протянул руку. Я на миг смутилась, не зная, надо мне пожать ее или поцеловать. Если бы он пытался сойти за женщину, то надлежащим был бы поцелуй, но он не пытался. Он был одет настолько... разнополово, будто оделся просто как ему хочется. Я пожала руку — пожатие у него было крепким, но не слишком. Он не пытался испытать мою силу, как сделали бы некоторые ликантропы. Очень такой надежный Нарцисс.

Стоящие за ним мужчины нависали над нами — каждый выше шести футов. Один — с широкой мускулистой грудью, почти обнаженной под сложным переплетением кожаной сбруи. Светлые волосы, очень коротко подстриженные по бокам и слепленные в короткие шипы посередине. Глаза светлые, взгляд недружелюбный. Второй — не такой широкий, скорее профессиональный баскетболист, нежели штангист. Но руки под кожаной сбруей бугрились узлами мускулов. Собственная кожа столь же темна, сколь и надетая на него.