Над Канадой небо синее…

Эх, не опростоволоситься бы!

С якоря снялись, развернулись на отход от берега, ответили сигналами «Татьяне» и легли на курс 355 градусов на вход в Формозский пролив, оставляя Пескадорские острова по левому борту. На траверзе Пескадора поблагодарил старпома и спустился в каюту. Пескадор по-португальски – человек, занимающийся рыбой. Песка – рыба, дор – человек. Остров Рыбачий, если по-русски."

"Идти, вообще-то, довольно далеко: по картам отца, больше двух тысяч миль. И насколько верны эти карты, неизвестно! По голландским картам получалось, что никакого прохода между Сахалином и материком нет. У мыса Лах море кончалось, дальше обозначен берег. Так что десятиузловым ходом пять суток шлепать, а его еще дать надо! А тут все время вмордотык и течение встречное. Скорость на генеральном курсе чуть больше шести узлов получалась. И только когда вышли в Желтое море, ветер сменился и задул северо-западный, при котором не приходилось лавировать. Полную скорость было не развить, но четырнадцать узлов держали. На подходах к Цусимскому проливу ветер опять сменился и снова задул с севера. Природа упорно сопротивлялась нашему походу. Сказывалось и то обстоятельство, что «Татьяна-Буки» более легкая в управлении под парусом и более ходкая, чем довольно тяжелый крейсер, у которого площадь парусности срезана из-за башен. Вообще было непонятно, почему генерал-адмирал отдал нам во второстепенный поход самый мощный крейсер. Он бы и пугалом неплохо поработал на рейде Александровска. Но приходилось выкручиваться, и постепенно мне корабль начал нравиться – своей фундаментальностью, что ли. Дрейф у него был минимальный, очень точно удерживался на курсе при практически любом ветре. Не считая штормов. А их пока не было.

Прошли Восточной Цусимой, прижимаясь к корейскому берегу, с которого дул довольно сильный ветер. Затем ушли чуть вправо и опять встали на крутой бейдевинд в Японском море. Впереди два острова: Уллын и Токто. Токто – это группа островов, точнее скал, обозначенных как необитаемые. Уллын – остров с довольно высокой скалой. Острова вулканического происхождения. Но вулканы разрушены и не работают. Однако на море серьезная дымка, и они представляют определенную опасность. Погода стоит пасмурная, облачность невысокая, плотная. И постоянная дымка. Поэтому расслабиться не получалось. Даже Дмитрий Семенович зачастил на мостик. Несколько раз подменял меня, чтобы я мог отдохнуть. Страхует от неприятностей. По ходу выяснилось, где он был в ночь отхода: по бабам ходил! Вот шельмец!

И вот, наконец, мыс Амгу на траверзе, до него двадцать одна миля. Сто семьдесят пять миль до Вакканаи по правому борту, где-то справа полуостров Сахалин.