4
0У тебя, Диана, как раз такие духи…
– Здесь водятся кабаны? Ребята, они здесь водятся? – запаниковала Руднева.
– Вполне возможно, – неуверенно произнесла я.
– Да наверняка! – не оборачиваясь к нам, хмыкнула Амелия.
Под ногами Дианы что-то громко хрустнуло.
– Ой-ой!
– Что такое? – Циглер резко затормозила.
Даня чуть не врезался в Амелию.
– Ногу подвернула? – обернулась Ирка.
– Нет, просто о какую-то корягу запнулась! – проворчала Руднева. Она едва удержалась на ногах и еще крепче вцепилась в рукав Никиты. – Здесь совсем нет дороги!
– Конечно, это ж лес! – сказал Даня.
– Я не могу так идти… – заканючила Диана. – Темно, страшно! Зачем мы сюда поперлись?
– Тебя никто за нами силой не тянул, – уже привычно огрызнулась на Диану Ирка. – Сама, как обычно, увязалась. Ты же за всеми увязываешься…
Иркины ядовитые слова наоборот стали для Дианы стимулом идти вперед. Она отцепилась от Никиты и в пару шагов догнала Третьякову. Теперь девчонки вышагивали в ногу и спорили.
– Дружила бы и дальше со своей Соболь! Сейчас бы посапывала в кроватке, предварительно пересчитав перед сном всех симпатичных парней из старших отрядов!
– Ой-ой-ой! – покачала головой Диана.
– Чего-чего? – притормозил Даня. – Ира, с кем ты там вечерами зажимаешься?
Они втроем галдели на весь ночной лес.
– Лучше б на меня напал дикий кабан, чем я слушал это, – проворчал Никита.
Амелия тоже под шумок перебралась ближе к нам. Так что троица Ирка – Даня – Диана, громко споря, теперь первыми шагали по узкой заросшей тропке, подсвечивая себе путь фонариками.
Циглер шла рядом со мной, с интересом слушая жаркий спор между девчонками.
– Они ведь раньше дружили, верно? – негромко спросила она у меня.
– Да, мы все выросли в одном дворе. Я, Ирка с Даней, Никита, Диана… Потом Руднева переметнулась к Соболь. А Третьякова до сих пор дуется.
– Поэтому она так все время к Диане цепляется?
– Ага, – вздохнула я.
Несмотря на то что Ира тоже встала на защиту Рудневой в столовой, споры между ними так и не прекращались.
Вскоре мы дошли до заброшенной территории. Луна разлила мертвенно-голубоватый свет на несколько покосившихся деревянных корпусов и некогда белое двухэтажное здание с советским плакатом на стене «Нам нужен мир!» Большой светлый корпус, где возможно, раньше располагалась столовая, из-за разбитых темных окон производил самое удручающее впечатление.
– Одна девушка безответно влюбилась в парня, – грустно начала Амелия.
