На улице Мира

На красивом лице Оксаны появилась глупая заискивающая улыбка…

Марк ушел так же быстро, как и появился. Соболь рухнула на скамейку и, закрыв лицо ладонями, горько зарыдала. Я некоторое время еще постояла под сосной, а потом решительным шагом направилась в сторону нашего корпуса. Свежий ветер легонько подталкивал в спину…

В палате я обнаружила Амелию. Циглер сидела с книгой на подоконнике перед распахнутым окном. Ветер трепал ее длинные черные волосы.

Я с таким рывком распахнула дверь, что Амелия от неожиданности вздрогнула.

– Ой, Вера! – ахнула она, обернувшись. – Ты уже вернулась?

– Что это у тебя на лице? – удивилась я, медленно подходя к окну.

– Она сама оставила их на моей тумбочке. На всякий случай, – пожала плечами Амелия. – А что, я их неправильно нацепила?

– Ну, в общем-то, да, – рассмеялась я, искоса поглядывая на ту самую секретную книжку, которую читала Амелия.

– А ты почему не на дискотеке? – спросила одноклассница.

Я лишь растерянно пожала плечами. Уселась рядом с Амелией на подоконник. Постеснялась сказать, что Никита и Даня не пришли, а мне без Ярового и делать там нечего.

– Амелия, ответь честно, – начала я, вспомнив о рыдающей Оксане. – Это ты подкинула мне в кровать пауков?

– Нет, – замотала головой Циглер. – Честно, не я! Но было прикольно. Ты так верещала!

– Да уж, – вздохнула я.

– Сказать по правде, я думала, что это кто-то из наших мальчишек сделал, – сказала Амелия. – Например, Иркин брат. Кажется, такие розыгрыши вполне в духе парней…

– Да? – задумалась я. – Все может быть.

Почему-то в памяти тут же всплыла сегодняшняя встреча Оксаны и Марка. Меня тут же начали одолевать сомнения…

– А я решила, что ты против того, чтобы я ехала в лагерь, – призналась я.

– Что? – Циглер хрипло расхохоталась. – Фильмов насмотрелась? Глупости какие! С чего ты так решила?

– Твоя фраза: «Что ж, посмотрим, кто поедет» нас с Иркой очень напугала, – криво улыбнулась я.

– Стремянка мне сразу показалась хлипкой, – ответила Амелия. – Вообще понятия не имею, кому в голову пришло ее использовать в качестве реквизита. А по поводу своей фразы… У моей бабушки много друзей в РОНО, думала, через них выбить себе путевку.

– А-а-а… – протянула я. Честно, мне стало намного легче. Я сама не успела заметить, как прониклась симпатией к Амелии. А после случая в столовой, когда Циглер внезапно вступилась за Диану, я ее зауважала.

Летний ветер подул с новой силой, обдал нас запахом приближающейся грозы, перевернул несколько страниц в раскрытой книге Амелии… Циглер тут же захлопнула ее, продемонстрировав мне лишь плотную черную обложку.