3
0
Расстегивая на ней без лишней спешки пуговицы и «молнии», Данил чувствовал некое легонькое сожаление, прекрасно сообразив, что был в чем-то не более чем логическим завершением. Тайные агенты, налеты и трупы, секретная миссия, интриги и опасности — очередная серия уважающего себя кинотриллера просто обязана закончиться длиннейшим поцелуем очаровательной агентессы и ее опытного наставника с седыми висками, девочка стремится выполнить все пункты классического канона, ей, очаровательной дурехе, как раз и кажется, будто это и есть настоящая жизнь, — и, боже мой, какая она счастливая, для нее это еще не превратилось в рутину, пахоту…
Потом, конечно, все морализаторство напрочь вылетело из головы.
Глава 9
СЮРПРИЗЫ НА ДОРОГАХ
В акварельной рассветной дымке, слегка изменявшей звуки и очертания, происходящее выглядело хотя и понятной, но все же сценой из какой-то иной жизни, не принадлежавшей этому пространству. Люди в куртках с огромными буквами на спине «ТАМОЖНЯ» и «ПОЛИЦИЯ», суетившиеся вокруг длинного фургона, выглядели чуточку нереальными — как и маленький кудрявый спаниель, челноком сновавший там, куда его подводили и подсаживали.
"Данил полулежал, откинувшись на спинку переднего сиденья, — не столько в целях конспирации, сколько от усталости, чертова девчонка ухитрилась изрядно его измотать, не по вредности характера, а из бьющей ключом щенячьей жизненной энергии. Вместо раздражения он тем не менее вдруг почувствовал легкую грусть оттого, что они вряд ли когда-нибудь увидятся, шансы хотя и существуют, но весьма проблематичны, и какой-то миг он даже испугался этой грусти — говорят ведь, старость с того и начинается, что мужик вдруг всерьез тоскует по случайной подружке, — но тут же Данил сообразил, в чем дело.
Пожалуй что, не в симптомах старческой сентиментальности. Если, понятное дело, не считать законной молодой жены, он давно уже не делил постель с женщиной просто так. Всегда была доля игры хотя ему, конечно же, о том не говорили, наоборот, изо всех сил притворялись, что случился неконтролируемый прорыв чувств или по крайней мере эмоций.
На сей раз не было никакого театра. Захотела мужика, сумасбродка сопливая, — и получила. И никакого подтекста. В его жизни, которую иные впечатлительные охотно обозвали бы исковерканной — и Данил подозревал, что они правы, — такое в последнее время случалось редко…
Все, кажется, кончено. Люди с профессиональными клеймами на спинах расходятся с таким видом, что ясно: возвращаться они не собираются.
