На руинах Мальрока

Дискомфортно жить рядом с таким — надо хотя бы прикинуть, чего от него можно ожидать.

Альра в шатер не вошла — ворвалась. Невероятно живая особа, и рад, что перенесенное не изменило ее. Одежда чистая, не потасканная — прибарахлилась где-то. Но опять не женская — все партизанствует.

— Сэр страж! Я так рада! Вы наконец пришли в себя! Мы все верили, что так и будет! Мы все молились за вас!

— Спасибо, Альра. Ты присядь, не прыгай вокруг меня. Как твои люди?

— С ними все хорошо! Спасибо! Их хорошо здесь приняли. Работают все — надо до зимы успеть запасы сделать.

Даже дети работают — ягоды и грибы собирают на сушку. Ну и по садам фрукты зрелые. Дети у нас большие, ведь маленькие не выжили… — Девушка резко погрустнела.

— Ничего, будут еще у ваших людей малыши."

"— Я знаю. Все ведь теперь будет хорошо? Да? И я знаю, что ортарские инквизиторы хотят вас убить. Но они больше не смогут посылать своих убийц — на выходе из горловины мы устроили засаду. Там лучшие мои стрелки — охотники потомственные. По воронам не промахиваются, — мстительно уточнила Альра.

Ортарцев она сильно не любила, и то, что инквизиторы туда попадают из империи, ничего не меняло. Радует, что с Дирбзом до сих пор не сцепилась, — я этого очень опасался.

— Хески, которых они послали, не вернулись. Вряд ли они повторят это. Карающие даже не знают, живы мы или погибли все. У нас были голуби для связи с крепостью, но во время ливня, в горловине, телегу с клеткой засосало в грязь. Тук успел их выпустить, а сам едва не погиб при этом. Они вернулись в крепость без писем, и там теперь гадают, почему так случилось.

Скорее всего, подумают, что нас перебили.

— Все равно засада не помешает!

— Конечно, не помешает… Альра, расскажи мне про капище.

— Что рассказать?

— Ты говорила, что там появляются непонятные вещи. И звери неизвестные. Часто так бывает?

— Нет. Редко. Только после молний, которые бьют туда без дождя. Старый Аван рассказывал, что иногда они бьют даже с чистого неба.

— Ты видела этих зверей?

— Нет. Но я видела череп одного из них. Большой череп. Похожий на медвежий, но с клыками как кинжалы и маленькими рожками.

Говорили, что он остался от демона. И еще шкура в замке была — похожая на лошадиную, но с черными и белыми полосами.

— Интересно… А вещи?

— Вещи у барона в кладовой хранились, но где они сейчас, не знаю — все ведь разграблено и сожжено.

— А ты их видела?

— В детстве барон один раз показывал чудесную вазу: из чистого-чистого стекла, будто хрусталь горный. Такого никто не умеет варить. Она была высокая и узкая, с очень тонким горлышком.