На милость победителя (СИ)

– Не ходи, – закрутилась Милка в его объятиях, когда смогла выдохнуть. – Если что-то найдут, сами позвонят. А нет… Лучше поваляемся вместе. А потом ужин приготовим. Я отбивных и картошки пожарю. Тут недалеко мясной павильон…

– Я схожу, – кивнул Демьяновский. – А хочешь, давай позовем на ужин Агафоновых, пока они в свой медвежий угол не уехали, – предложил он, потянувшись за сотовым, валявшимся на тумбочке.

– Миш, – позвал он, как только ему ответили. – Мы тут на Ленинской собираемся картошку с мясом жарить, приходите ужинать…

– А по какому случаю банкет? – ехидно поинтересовался Агафонов и тут же заметил шутливо: – Да, знаю я.

Ева уже сообщила. Твой Костик что-то переусердствовал… Мы сейчас приедем, – согласился быстро. – Только я жену оставлю, а сам за сыном съезжу. У нас с Ниной строгие договоренности.

– Машину не бери. Приводи сюда Еву, – тут же предложил Роман. – Пока Мила будет ужин готовить, мы с тобой быстро за Егором смотаемся. У меня Рэндж около фабрики стоит. Отсюда два квартала.

– Логично, – пробурчал Агафонов. – Обратно мы такси возьмем. Нужно обязательно обмыть вашу скоростную свадьбу.

Смешная ситуация, Ром, – хмыкнул он весело. – Сначала бегали друг за другом, что-то выясняли, а потом ра-а-з – и поженились. Мы сейчас заявимся, – добавил он поспешно. – Только цветов купим по дороге. Вы застали нас врасплох, ребята, – рассмеялся он.

Дорога через парк много времени не заняла.

– Мила любит белые розы, – решительно объявила Ева, заходя по пути в небольшую цветочную лавку.

– А может, выбрать более сложный букет, – лениво предложил Агафонов, протискиваясь следом в узкую дверь.

Да и сам не заметил, как толкнул плечом невысокого мужчину в темном кашемировом пальто. – Извините, – пробурчал не глядя и, обняв жену, принялся выбирать цветы.

«Естественно, одним букетом мы не ограничимся, – хмыкнул он про себя, чувствуя сквозь тонкую ткань внутреннего кармана куртки шелест белого конверта с небольшим презентом. – Только коробки конфет не хватает. Но Демьяновских шоколадом не удивишь, пришлось купить в кондитерской мои любимые пироги», – пробормотал он мысленно и, водрузив картонную коробку на витрину, уставился на продавца, вынимающего из высокой пластмассовой вазы белые розы.

Вместе с Евой Михаил завороженно наблюдал, как худощавый азербайджанец бережно упаковывает цветы в несколько слоев бумаги, как завязывает нарядные ленты. Агафонов достал из кармана деньги и интуитивно обернулся на взгляд. Но в лавке никого кроме них с Евой уже не было.

«Показалось», – мысленно поморщился он, не заметив, как с улицы через витрину на них с Евой смотрит тот самый незнакомец в кашемировом пальто.