Мы просто дружим

Он вчера практически первый начал, потом не стал с ней спать в одной кровати – хотя Женька была бы только за! – а утром объявил, что случившееся ничего не значит. Да это Женьке надо обижаться, если уж так по правде рассуждать. Потому что она…

Да, Жень, давай хотя бы себе врать не будем.

Потому что она бы с удовольствием повторила вчерашнее… С Саней было удивительно хорошо. Они будто совпали всеми краешками, соединились, слепились, и от этого искрило так, что от воспоминаний до сих пор сладко тянуло в низу живота.

Женя вздохнула.

– Магазин шоколада, – проинформировал Саня, кивнув на вывеску. – Зайдем?

– Мне не надо, – отказалась она, прекрасно представляя, сколько это все тут стоит. Они буквально час назад выпили кофе и съели омлет за сумму, на которую в Москве можно было пообедать в очень хорошем ресторане.

– Тогда подожди меня, я маме куплю что-нибудь в подарок.

Женя кивнула и, пока Саня был в магазине, фотографировала все вокруг, на что только падал взгляд. Это сейчас ее ничего не радует, а потом она как приедет в Москву, как посмотрит на все красивые места, где побывала, и как обрадуется! Во всяком случае, Женька на это очень рассчитывала.

– Дай руку.

– Зачем? – не поняла Женя.

– Дай, говорю.

Она, недоумевая, протянула Сане руку, и он положил ей на ладонь огромную плитку молочного шоколада. С цельным фундуком, как она любила.

– Извини. – Саня смущенно взъерошил волосы. – Я сегодня и правда что-то не в себе. Ты тут не при чем, это мои загоны.

– Охотно верю! – Женя попыталась сохранить суровый вид, но не удержалась и широко, солнечно улыбнулась, потому что после Саниного извинения и неожиданного подарка ей стало так хорошо, что хотелось обнять весь мир. И Саню.

Что она тут же и сделала.

Объятие получилось непривычное. Женины руки обхватили Саню за шею, но не как обычно, а как вчера: слегка притягивая его к себе – и твердые губы, вкус которых она слишком хорошо помнила, оказались слишком близко. Так же, как и карие глаза, опушенные чёрными ресницами.

На секунду она ощутила на своем лице горячее Санино дыхание и замерла. Показалось, что ее сейчас поцелуют. Но руки разжались, и Саня шагнул назад.

– Жень, ты слишком активно меня благодаришь за простую шоколадку, – фыркнул он. Ну да, Саня бы не был собой, если бы тут же не нашел, над чем можно постебаться. – Боюсь представить, что было бы, подари я тебе швейцарские часы.

– А ты проверь, – мурлыкнула Женька тем самым – сексуальным – голосом, который Саня не так давно называл запрещенным приемом. И нарочито облизала губы. О да, она понимала, что провоцирует друга. И даже была в курсе, зачем.

– Жень. – Его глаза еще сильнее потемнели, став почти черными. – Ну просил же так не делать.