13
0И что ты думаешь с ним сделать?
- Назначить ему некоторые полезные работы на благо общества, - усмехнулся Донатьен. – Которые окажутся ему и по силам, и по нраву. И только в случае выполнения он получит обратно свой титул и право распоряжаться фамильным имуществом. Семейный артефакт, кстати, его признал. И он весьма похож на господина графа, своего отца.
- Раз ты всё придумал, то – тебе и выполнять, - кивнул герцог.
- Возьмусь с удовольствием, - улыбнулся Донатьен и наконец-то облегчённо вздохнул.
Получилось. С ним согласились, его решения поддержали.
- Значит, думаю, свадьба у вас не за горами, - подытожил герцог.
- Я не удивлюсь, если у господина графа де ла Мотта – тоже, - усмехнулся Донатьен. – Есть в Верлене такая девица, дочь бывшего мэра этого славного города, у которой совсем недавно обнаружились недурные магические способности – через поколение, от бабушки. Эту девицу, как мне кажется, необходимо определить в академию – для пользы обществу и всем, кто с ней знаком. И что-то мне подсказывает, что следующей графиней де ла Мотт станет именно эта девица.
К ужину появился самый младший внук герцогской четы – Оливье, молодой человек возраста Филиппа де ла Мотта. И принялся рассказывать новости, от которых его прямо распирало.
- Представляете, есть такой журналист, зовут Жак Лекок, из «Вечерних новостей», пишет обычно глупости и гадости, но именно за это его редактор и держит. Так вот, его кто-то сурово заколдовал! Теперь, как только он пытается что-то сказать, то не слова говорит, а или квакает, будто лягушка, или лает по-собачьи. Но, знаете, хитро – поздороваться, или, скажем, попрощаться, он может, а вот сказать целую длинную фразу - уже нет. И написать ничего не может – перо в руках не держится, ни одной буквы выцарапать не в состоянии. Я сам видел!
Донатьен рассмеялся – что-то такое он подозревал, после той статьи, что дурак написал о делах в Верлене. А вот нечего, будет наука и ему, и другим!
Конечно, хозяева заинтересовались – а как там всё было на самом деле. И Донатьен взялся рассказывал обо всём, что видел в Верлене сам. О том, как вынюхивал всё о делах тамошних высокопоставленных мошенников, о покушении на Анну Фонтен, о рогах Эжени Руа, о ввязавшемся в магический контракт графе Джилио, о дивном существе Валентине."
"- И представляете, эта дама, владелица магического имущества, решила открыть в Верлене музей. Музей Бодуанов и магии, - сказал он под занавес.
- И как? – живо заинтересовалась госпожа герцогиня.
- Рассказывает она – заслушаешься, даже и не скажешь, что нездешняя, и язык наш ей не родной. И успела очень много узнать о деяниях представителей этой фамилии.
- И что же, имущество магического рода достанется чужеземке-простецу? – нахмурился герцог.
- Уже досталось, - сказал Донатьен.
