Ни слова, господин министр! (СИ)

Спальня, гостиная, кабинет, комната для игр и для сеансов связи — и наконец небольшой полигон, где дочка всегда сможет отвести душу, если сдерживать огонь станет тяжело.

Белинда Свон только вздохнула и сообщила, что эти изменения придется согласовать с «леди Бланш». Судя по тому, что он увидел, в Гретхеме довольно строго придерживались правил и превозносили свою директрису. Однако, это не уберегло школу от эксцессов.

С одной стороны здесь учились живые и эмоциональные девочки в том возрасте, когда магия принималась бурлить вместе с остальными процессами в организме.

С другой, он скорее рассматривал попытку внешнего давления. Закрытие пансиона стало бы для Оливии огромным ударом. А как бы еще отреагировало министерство образование на убийство одной ученицы руками другой?

Князь осмотрел обновленные апартаменты в который раз (в пятый или в шестой). Он сразу не сомневался, что над Ангелиной постараются установить наблюдение, но действительность превзошла худшие прогнозы.

Для начала он предложил дочери и Белинде поискать самостоятельно. У девочки врожденное чутье на потенциально опасные предметы (этот приобретенный навык Конрады умудрились передавать по наследству).

Ангелина самостоятельно отыскала два артефакта слежения. Один был выполнен в виде паучка, который почему-то приклеился к занавеске и не убегал, а второй оказался пробкой в графине с водой."

"Родерик с Белиндой похвалили девочку и принялись искать дальше. Ментор нашла еще одну безделушку с более сложным устройством. Эта шкатулка для писчих принадлежностей обладала дополнительным эффектом — вокруг нее образовывалась слепая зона диаметром около метра.

Ни общее наблюдение за комнатами, на котором для своей дочери настоял князь, ни его собственные артефакты для передачи изображения не фиксировали живых существ, когда они там находились.

Однако самую большую потенциальную пакость он обнаружил сам. Когда остался в одиночестве и проводил контрольную проверку перед развертыванием добавочного пространства. Кран в ванной показался ему чуть более новым, чем вся остальная сантехника. Вентили цвета благородной бронзы выглядели не такими потертыми, как на кране в раковине или как ручки, за которые можно было держаться, принимая ванну.

Он не исключал, что так и должно (все-таки ванной пользовались реже, чем раковиной), не чуял магического следа, но все равно возился с краном с упорством артефактора, которое в итоге было вознаграждено. Он разобрал его полностью и обнаружил трубки, не предусмотренные конструкцией, — для подачи жидкости во время набора воды или же для распыления газа.

Однажды Родерик уже сталкивался с таким приспособлением.