3
0У той Оливии было то, чего лишилась я, — обожающие ее родители. Теперь все наоборот. Чужие дети — моя забота. И весь мой персонал.
Тревога постепенно нарастала. Вдруг паук все же дотянулся до кого-то из девочек, с третьей попытки настиг Лидию. Или захватили одну из моих заместительниц, чтобы получить доступ к порталам… Хм, если они попробовали напасть на Летти, то половина битвы у нас уже в кармане. Я бы на месте Стефана обходила ее стороной.
В какой-то момент дошло, что думаю я сразу обо всем и не могу удержать одну мысль больше пары секунд. Или последствия блока все еще бродили во мне, или я просто боялась подумать о главном.
Родерик. Если он в таком состоянии помчался в столицу к брату, то это конец. С его неистовыми эмоциями, он легкая мишень... И следом раздавался ядовитый шепоток: если он оставил любимую одну, когда она так уязвима, и отправился мстить, то любовь ли это?
Комната привычно расползалась перед глазами. Наверное, поэтому я пропустила появление князя с двумя графинами воды.
— Нахаленка, тебя нельзя и на минуту покинуть. Ты полдня без остановки просила пить. Зеркис сказал, что это отличный признак.
Я впилась в него глазами, чтобы отыскать ответы. А он в свою очередь упражнялся в укоризненных взглядах. Словно я самая бестолковая больная на свете.
— У тебя слева колокольчик, справа — колокольчик на веревочке. Трудно подергать?
— Родерик, — пискнула я. Он тут же оказался рядом, по пути пристроив графины. — Ты как?
Маг не стал делать вид, что не понял, о чем я.
— Это была потусторонняя мука.
— Любимый, ты вовсе не должен. Не обязан…
— Я иногда думаю, Лив, что в мире нет не только более упрямой, но и более непонятливой особы, чем ты. Для себя определился, что всех остальных детей рожать мы будем вместе. Каждый сильный мужчина не должен забывать, что такое быть женщиной.
Я прикусила губу, не смея поверить. Впрочем, у него всегда будет возможность передумать. Ни сейчас ни потом я не повисну на нем.
— И о чем опять задумалась? Зеркис настоял, чтобы я не целовал тебя еще несколько часов. Мол, потоки… Устояться. Но я подозреваю, что он мелко мстит за то, что у него прибавилось работы.
Притворное ворчание продолжалось бы долго. Он все еще присматривался, в порядке ли я, и, чего с ним почти не случалось, не мог наговориться.
— Дейв во врачебном крыле или у себя? Пусть мне подготовят отчет обо всех событиях в школе. За три дня, правильно?
Родерик кивнул и резко замолчал.
