5
0Если вы вдруг поняли, что уже скучаете без «Победы», то можете дать Пасько отрицательный ответ, и я пригоню вам ее обратно.
– Что значит отрицательный ответ? – опешил полковник в отставке. – А для чего мы тогда все это затеяли? Да я уже придумал, подо что приспособить место, где «Победа» стояла.
– Подо что?
– Под сауну.
* * *На следующий день Валентин Иванович позвонил на мобильный телефон Пасько с моей серой трубки.
– Петр Петрович?
– Да, слушаю вас.
– Вас беспокоит полковник Трофимов. Внучка вчера передала мне ваше коммерческое предложение. Ну что можно сказать по этому поводу...
– Что? – поторопил его коллекционер.
– Мне акции вашего «Экватора» совершенно ни к чему. Вот если бы они достались мне лет пятнадцать назад, я бы нашел им применение. Уж поверьте мне, я бы смог сделать эту транспортную компанию предприятием образцового порядка. Жесткая дисциплина, беспрекословное выполнение приказов, предпочтение морального поощрения служащих материальному, поскольку деньги развращают, чистота кадров и территории... Увы, время ушло. Порох в пороховницах еще есть, да нет прежнего запала. А вот внучка, она вся в меня... У нее есть боевой дух и задор...
– Полковник, я не пойму, что ты хочешь этим сказать?
– Что-что? Вот чудак-человек! Готовь акции, говорю! Так и быть, обменяю я на них свою «старушку», но лишь потому, что хочу обеспечить будущее своей любимой внучки. Она у меня боец!
– Ну что ж, меня все устраивает. Встречаемся завтра в 9.00 у моего нотариуса. – Пасько назвал адрес его конторы.
На следующий день долгожданная сделка состоялась. Петр Петрович получил ретро-автомобиль, а я стала владельцем солидного пакета акций «Экватора». Правда, капиталисткой я себя не чувствовала, потому что в самом скором времени собиралась переписать акции на Игнатьеву.
Время от времени мы с ней созванивались. Аня вняла моему совету и стала заниматься самосовершенствованием. Результат не заставил себя долго ждать. День ото дня я слышала, что ее голос становится все живее и живее, она стала постепенно избавляться от чувства вины, и у нее даже начали налаживаться отношения с мамой. Впрочем, работа на сближение была обоюдной. Анина мать нашла в комнате дочери брошюрки, полистала их и незаметно для себя втянулась в процесс работы над собственным эго.
– Так что мы с мамой теперь можем находиться больше часа в одной комнате или на кухне, не ругаясь, – похвалилась Игнатьева.
Услышав эту новость, я порадовалась за свою клиентку и в свою очередь порадовала ее:
– Аня, сегодня я сорвала большой куш. Директор «Экватора» расстался со своими акциями.
– Ничего себе! Как же ты заставила его это сделать? Полина, может, приедешь ко мне, поболтаем, попьем чайку?
– Я обязательно расскажу тебе, как мне удалось обработать Пасько, но не сегодня.
