Незачем рыцарям Генриха, герцога Нормандского и Аквитанского, знать, как я захватил замок. Может быть, мне придется захватывать и их замки. Пусть думают, что благодаря предательству кастеляна. В чужое предательство так легко поверить!
Кастелян спал в обнимку со своей пышнотелой женой. Оба голые. И не только из-за жары. В эту эпоху в Западной Европе принято в кровать ложиться голым, пряча рубаху под подушку. Кастелян лежал на левом боку и держался правой рукой за большую обвисшую сиську жены, которая спала на спине. Снизу до пояса их закрывала смятая простыня из грубой ткани.
"Я взял меч в ножных и похлопал им по плечу кастеляна. Проснулся он моментально и уставился на меня так, будто увидел ожившее привидение.
– Одевайся, – тихо сказал я и предупредил: – Не вздумай дурить: погубишь себя и свою семью.
От звука моего голоса проснулась и его жена. Маленькие глаза на ее блестящем от жира лице сперва распахнулись, став круглыми, а потом от страха превратились в узкие щелочки. Она не завопила о испуга, только прикрыла рукой растекшиеся по груди сиськи.
Я перешел в холл третьего этажа, остановился у узкого окна без стекла.
Кастеляна и его семью посадили в телегу, запряженную самой чахлой лошадью. Когда открылись ворота замка и опустился подъемный мост, эта телега в сопровождении десяти моих сержантов покатила через лагерь осаждающих под свист и улюлюканье. Ее проводят на безопасное расстояние и там отпустят. Пусть дерзкий кастелян попробует объяснить виконту Люку де Туару, за что его отпустили живым и здоровым из захваченного замка, в котором погибли все остальные защитники? Трупы мои ребята покидали в реку со стены.
Я встретил Генриха Нормандского и Аквитанского возле входа в донжон.
– Предлагаю позавтракать в завоеванном тобой замке, – пригласил я.
– Сколько ты заплатил кастеляну за предательство? – первым делом спросил герцог Генрих.
– Какая разница! – ответил я. – Главное, что замок был захвачен.









