Невинная для Севера (СИ)

И это хорошо. Потому что ей предстоит понять, что она сделала, и какова цена за подобное."

"— Вы же все равно не поверите, — с отчаянным вызовом заявляет она, чем удивляет. Неужели совсем нет чувства самосохранения?

— Ну, ты попробуй, — предлагаю я. — Расскажи свою версию событий.

— Я просто делала уборку, — говорит она уже не так бодро и уверенно.

— И поэтому оказалась рядом с сейфом? Совершенно случайно открыла шкаф и… Что? Пыль там протирала?

Алина молчит. Но мне и не нужен ее ответ, по сути. В тех сообщениях, что были на ее телефоне, все уже сказано. Остается выяснить, насколько она гнилая сама. Перед тем как наказать.

— А может, пора набраться смелости и все-таки рассказать как было дело?

Я уже жду, что девчонка начнет умолять и просить о пощаде, предлагать искупить вину, и прочая лабуда. Они всегда так делают — как только обстоятельства меняются, с легкостью спрыгивают на другой вагончик и уматывают, бросая тебя одного разгребать дерьмо.

Однако Алина снова меня удивляет. Вскидывает подбородок и заявляет чересчур нагло:

— Вы сами в этом виноваты.

— Чего?

— Вы виноваты сами, — повторяет она с диким отчаянием в голосе. — Если бы послушали, что это не я виновата, что яхту разбили, ничего бы этого не было! Я просто хочу домой. Вот и все.

— И поэтому решила ублажить Смолякова? Правда думаешь, что он поможет тебе? — мрачно уточняю, отмечая, что в очередной раз этой голубоглазой удается вывести меня из состояния покоя. Нехорошо. Теряю хватку, что ли.

— Он меня любит, — уверенно заявляет эта идиотка. — И придет за мной. Я просто хотела помочь ему найти меня поскорее.

— И ты значит, так сильно уверена в том, что этот ушлепок тебя ищет и переживает? Ты дура? Да ему плевать на тебя. У него таких — миллион и одна.

Алина поджимает губы упрямо. Вижу, что ей по-прежнему страшно, но она храбрится. Непонятно, зачем и что пытается доказать.

— Если вы не способны любить, это не значит, что остальные тоже не умеют!

Ее слова почти не задевают. Мне по херу. Я и не стремлюсь к каким-то чувствам. Нет их больше. Все умерло вместе с тем, кто…

Стоп.

Стискиваю зубы, злясь, что Алина, сама того не понимая, вынудила меня вспомнить прошлое.

— Ну, давай проверим твою преданность этому придурку, — говорю, делая пару шагов к ней и заодно доставая пистолет. Девчонка бледнеет, даже пытается отползти, но я раньше успеваю приставить ствол к ее лбу.

Я уверен, что услышу в ответ. Даже на мгновение не сомневаюсь, что эта актриса быстро переобуется и сменит риторику, начав торговаться за свою жалкую жизнь.

— У тебя есть выбор — либо я спрошу с тебя за то, что ты воровка, либо с твоего благородного рыцаря. Что выбираешь? Чья жизнь станет платой? Твоя или его?

Взгляд девчонки наполняется ужасом, а я испытываю мрачное предвкушение.