5
0Главный калибр был готов, но его я берёг на крайний случай.
Ну где там эта Ищейка? Я поёрзал в кресле. Уже можно забыть о зиме, когда снаружи был ледяной мороз, а в кабине тепло. Сейчас снаружи жара, а в кабине настоящий ад. Рубашка прилипла к спине, а вентиляция не справлялась. Чинить её было некогда. Фуражку я вообще снял.
— Вижу Ищейку! — Марк покрутил рычажок перископа, приближая вид. — Пробоин нет.
Ну хоть перископ холодный. Я прислонился к нему и вгляделся. Ищейка быстро двигалась в нашу сторону. Бока покрыты следами десятков прошедших боёв. Там, где тогда пробили бок и топливный бак, приварен дополнительный бронелист, очень грубо и уродливо. Из основания задних ног шёл дым. Похоже, опять проблемы с задним приводом, которые мы не можем решить с прошлой осени.
— Ищейка готова перейти реку, — Валь уже мог говорить со мной напрямую по радиосвязи. — Прикройте меня.
— Всем боевым риггам — открыть огонь, — приказал я и выстрелил сам.
Как и всегда, вместо выстрела щелчок в наушниках, чтобы не оглохнуть. Доносились раскаты залпов других ригг. Палач послал в нашу сторону пяток ракет неизвестной мне модификации, но Эквит на левом фланге сбил три автопушкой, ещё две не долетели.
Мы дали залп по бронетехнике на том берегу. Ищейка вошла в реку. Место глубокое, для форсирования эта часть реки подходила мало. Но здоровенный Исполин всё же прошёл по дну, хотя вода доходила почти до кабины.
Боевая ригга выбралась на берег. Вода потоком сливалась из технических отверстий на ногах.
— Наконец-то ты её помыл, Валь, — с лёгкой усмешкой сказал Марк. — Давно пора было.
— Моя красавица и была идеально чистая. Что теперь, Загорский?
— Отходим, — я проверил показания двигателей на манометрах, а то начала загораться красная лампа. — Остальное завтра.
Потерь нет, прошли удачно. Войска, которые пересекли реку под прикрытием пушек Палача, уже успели перегруппироваться, но мы вернулись на базу.
Пора готовить план на завтра. Завтра всё будет опаснее, придётся атаковать эту махину в лоб.
* * *— Он в тебя не выстрелил, — сказал я за ужином.
У Яна болела голова, он отправился спать пораньше. Марк занимался машинами, а генералы своими войсками. Так что ужинал я только с Валентином в одном из помещений командного бункера. Паёк состоял из варёной картошки и сваренных на пару котлет. Мало кто мог сейчас похвастаться таким роскошным столом в этих краях. Ещё даже было немного масла, от запаха которого я отвык.
— Кто? Паша? — Валь держал на вилке кусок котлеты. — Далеко, вот и не выстрелил.
— Ты был у него на прямой наводке, — сказал я. — Он вполне мог попасть из главного калибра.
— Ну, он не особо быстро соображает, — у Валя была раздражающая привычка скользить зубами по зубчикам вилки, когда ест. — Вот и протупил.
