5
0Пока подвоз топлива невозможен, Палач забрался на холм, откуда шестидесятиметровая гигантская машина видела ещё дальше и могла вести огонь на ещё большую дистанцию.
— Риггеры ответили мне на запрос по ракетам, — сказал я, ткнул фото. — Вот эти два радара на плечах — это системы управления огнём. Они засекают ракеты и самолёты, и туда же отправляют ракету на перехват.
— А мы можем обмануть эту систему? — спросил Лукас Сантек и откашлялся.
— Да, Риггер говорит, это возможно. У него есть идеи, как с этим справиться для самолётов, но радиограммой это не прислать. К нам отправился курьер с чертежами, но у нас не будет времени так быстро установить его систему.
Мы уставились на карту, чтобы обсудить, как покончить с генералом Ли. К нам же присоединились те бинхайские генералы, которые остались на нашей стороне. Их не так много, зато они влиятельные и опытные, я отмечал некоторых ещё во время обороны Дакуна.
Взгляды наши то и дело смотрели на фотоснимки Палача. У него мало снарядов, но каждый из них легко пробивает броню шагохода. Мы не можем такой ценой его брать, каждая потеря боевой ригги снижала нашу боеспособность.
Мы могли решиться на ещё одну операцию, чтобы обезвредить его, но только на одну. Если будем брать его измором, наши войска закончатся раньше.
Артур вкратце рассказал об успехах его друга Кичиро в командировке на югах, а потом сделал несколько предложений, как окончательно окружить группировку генерала Ли. Я же предложил давить на севере, чтобы совет не мог присылать сюда больше войск.
Даже подумывал атаковать Хитланд. Но его армия больше, и он оборонял реку. Из-за этого я держал сильный гарнизон в Мардаграде. Правда, Келвин мог позволить себе разделять войска, у них их много, для меня это было сложно.
Но думая об этом, я постоянно смотрел на снимок. Эта зараза должна быть уничтожена, чтобы не отвлекала. И её уничтожение… даже сложно представить себе более тяжёлый урон боевому духу врага.
Уничтожить Палача — и даже если после этого воскреснут все восемь Небожителей во главе с Таргином Великим, это уже ничего не изменит. Битва за Дакун начала менять ход войны, а штурм Мардаграда зафиксировал коренной перелом.
Но уничтожение этой машины явно даст нам понимание — враг уже не сможет победить, останется только вопрос, как долго он продержится. Можно сказать, они выложили свой последний козырь. Он нам мешал, но без него…
Стол маленький, мы все стояли толпой, слишком тесно. Артур выступил и замолчал. Ян шумно дышал носом чуть ли не у меня рядом с ухом. Пахло кофе. Лампочка над головой дрожала, по нашему району била артиллерия.
Две цели, с которыми надо покончить. Приоритет у генерала Ли, но я то и дело косился на фотоснимок. Стоящий на холме Палач, без топлива, но способный стрелять.
