Моя мишень

Неужели я ошибаюсь и он действительно живет со мной исключительно из жалости?

— Да ты, я посмотрю, принцесса, — бесчувственный жестокий подонок.

Пожимаю плечами.

— Как прошла смена? — перевожу тему, давая себе передышку.

— Хорошо, все как обычно.

— Пока не разменял вторую сотню? — этот вопрос дается легче, чем предыдущие. Леша рассказывал, что раньше собирался оставить службу, как только закроет сотню. Но теперь передумал, слишком быстро подошли эти цифры. Обещал сказать, когда это случится. Нет, отмечать мы не будем, это не та дата. Просто напьемся.

— Пока нет."

"— Я не атомная бомба, Леш, — на эту фразу уходят последние силы. Я замираю, не дыша.

— Между прочим, у меня психологическая травма после прошлого раза, — его голос звучит комично, и я начинаю смеяться, слегка расслабляясь, но по-прежнему вижу себя тугим комком нервов. Мне кажется, он это улавливает и поэтому медлит.

— Как-нибудь уж справься с ней, соберись, Алексей.

А потом… когда мне кажется, что я в шаге от инфаркта, он вдруг тянется к бардачку. Выходит из машины. Не успеваю опомниться, как он открывает пассажирскую дверь, протягивает руку. А получив мою ладонь, дергает на себя так быстро, что я падаю в его объятия.

Глава 53

Дальше он остановиться не может. Я не знаю, простил ли он меня. Не имею понятия, доверяет ли… и будет ли когда-нибудь доверять как прежде. Но уверена — любит.

Потому что тумблером это не выключается.

Он кружит меня, а затем усаживает на теплый капот, встает между моих ног. Одним движением снимает майку, и я кидаюсь к его телу. Глажу, ласкаю, трогаю. Можно. Наконец-то можно!

А потом он наклоняется и целует меня.

— Нас съедят комары, — шепчет в губы. Они и правда никак не закончатся в этом году.

— Не успеют. У меня защита, — демонстрирую ему браслеты, которые мы привезли из Анапы как сувениры.

— Тогда тебя сожру я, — и, судя по тону и хищному взгляду, он не шутит. Что случается, когда снайперское терпение летит ко всем чертям? Снайперский террор подходит к концу или только начинается? Я понятия не имею, что меня ждет с ним. Немного страшно, но предвкушение слишком сладкое и волнующее, чтобы взять паузу. Дрожь пробегает по телу. Скорее. Хочу. Еще. Дальше все сумбурно, быстро, жадно. С губ слетают какие-то фразы, неловкие шутки, но они тонут в поцелуях. Родной вкус, привычные движения рта и языка. Когда я успела к ним пристраститься? Вспомнила мгновенно. Мой хороший. Когда он прижимает меня к себе, когда я понимаю, что уже не отпустит, я торопливо шепчу ему на ухо:

— Я хочу тебя, Лешенька.

— Я хочу тебя, — отвечает совершенно серьезно.

Я повторяю эти слова снова и снова между тем, как жадно втягиваю в рот его кожу на шее, как веду языком, как цепляюсь напряженными пальцами за лопатки и выгибаюсь, подавая ему грудь.