Мой враг-дракон: Разоблачить и не влюбиться (СИ)

— Каэм, а благородный альгахри Ниарвен не почувствует себя оскорблённым? Моё поведение… оно не навредит всему роду Ирр в будущем?

Впервые я думала о чём-то подобном. И вкратце пересказала брату всю сцену между мной и Ниарвеном, случившуюся при музыкантах.

— Ания, — Каэм вновь коснулся моей руки, — посмотри мне в глаза. Ты когда-нибудь видела, чтобы я кого-то боялся?

— Нет, — искренне ответила я, встретив его твёрдый, уверенный взгляд.

— Если достойный Каль-Ниарвен поведёт себя не так, как подобает дракону-альгахри, он очень скоро об этом пожалеет. Поверь мне.

Я заставила себя улыбнуться и ответила, вставая из-за стола:

— Да… я верю тебе, Каэм. Всегда буду верить, — после чего крепко обняла его.

Напоследок, прежде чем уйти, я посмотрела в стеклянную сферу. Жучок, всё-таки добравшийся до краёв пузырька, поставил лапку не туда, соскользнул и полетел вниз.

XVIII"

"Живая Библиотека встретила меня радостными иллюзиями. Со страниц книг соскакивали призрачные люди, вспархивали птицы, чьи перья светились голубым, зелёным и красным, и первые кланялись мне, а вторые кружили в приветственном танце. Не меньше трёх дюжин свитков и рукописей слетело с полок в полной готовности мне помочь.

— Нет, пока ничего не нужно, — улыбнулась я. — Тоже очень рада видеть тебя, Живая Библиотека.

В ответ раздалось что-то схожее с пением на одной тонкой, вибрирующей ноте.

Алана, сидевшая за столом в окружении стопок гигантских томов, поднимавшихся чуть ли не до потолка, жестом пригласила меня сесть поближе.

— Хорошо поиграла с близнецами в снежки?

Я кивнула, вся растрёпанная, в ещё влажной накидке. Недавно сотворённые мной огоньки просушили её не полностью.

— И Каэма мы с Хааром закидали снегом, как обещали! — вспомнив, как весело это было, я покатилась со смеху, и Алана меня поддержала.

Потом мы с ней поговорили, я поинтересовалась, где сейчас Тилен, о котором Алана очень заботилась, и получила ответ: в замке Дейр. Тот был отстроен ещё шесть лет тому назад в соседней стране Эйлемари, на берегу моря.

— Дядя любит иногда побыть отшельником, — с лёгкой грустью усмехнулась Алана, записывая что-то на листе пергамента — совсем как Хэг-Дааль с его документами. — Ничего, как в следующий раз прилетишь, он будет здесь. Я его попрошу. Вдруг сделает тебе какое-нибудь доброе пророчество.

Я ничего не имела против Тилена, но подумала, что, пожалуй, лучше обойтись без пророчеств. Жизнь прекрасна, пока она непредсказуема!

— А ты что делаешь? — спросила я, меняя тему беседы.

Алана записала ещё пару слов, чуть нажимая на перо, и ответила не сразу:

— Всё располагаю по буквам алфавита, как в той библиотеке, где я работала в немагическом мире.

Я понимающе кивнула.