4
0
Закрыв глаза, на лету хватая полотенце и вытирая руки, она откидывается на грудь мужчины. Ой, пусть делает, что ему нравится. Пусть делает, что нравится им обоим.
В тот далекий осенний день, когда они ехали из Пензы в Москву, после её сумбурного признания, Матвей сказал:
– Поехали ко мне.
Так просто. И так категорично.
Ася всей душой рассчитывала услышать нечто подобное. Но, если честно, не надеялась. Замерла, боясь пошевелится.
– Да. Ко мне. Перевезем вещи. Будешь мне пироги стряпать, а я строгать свои поделки. Родишь ребенка – будет… – кадык нервно дернулся, выдавая столь тщательно скрываемые эмоции, – здорово. Нет… Родишь через годков пять-семь. Когда привыкнешь ко мне.
Вот так он выразил свои чувства. Немного замысловато, зато искренне.
И Ася поняла – если откажется, он уйдет. Растворится сначала в неоновых огнях столицы, а потом в спокойной тишине леса. И уже больше никогда ни при каких обстоятельствах не пустит её к себе на порог.
Это было его признание.
Она не могла отказать.
Да и зачем?"
"Любовь захлестнула её с головой, и упускать возможность прожить жизнь с любимым человеком было бы неразумно.
Да, её способности никуда не денутся, и порой она будет видеть прошлое Матвея. Его задания. Его жену. Но они впервые в жизни не страшили её. Потому что она приняла Матвея таким, каким он есть. С его непростым характером и его непростым прошлым.
И его неугомонной потребностью в её теле.
Она когда-то считала его бирюком. Она ошиблась.
Он – самый ласковый, самый внимательный, самый заботливый…
Самый «её»…
– Ах ты… – её трусики бесцеремонно сдернули вниз, а на поясницу надавили, заставляя прогнуться.
– Что я?
– Ты… ты…
– Любимый? – подсказал он, и Ася не без удовольствия отметила, как его руки дрогнули.
Они ни разу ещё не говорили о чувствах. Взрослые люди. Живут вместе. И так всё понятно. Но иногда ей безумно хотелось услышать три заветных слова.
А тут вон как всё повернулось.
И Ася шепнула:
– Любимый.
– Здорово.
Ей показалось, или у него из груди вырвался вздох облегчения?
– А я? – осмелилась задать она встречный вопрос.
Горячее дыхание обожгло лопатку. Одновременно головка члена властно раздвинула её нижние губы, плавно входя в притягательную влажность.
– А ты самая любимая… самая желанная… Моя девочка… Моя щелочка… Моя…
Дальше пошли нецензурные физиологические характеристики любовных отношений между мужчиной и женщиной.
Эпилог
Сталкер, нахмурившись, заглушил двигатель. Перед глазами зарябило, и мужчина выругался. В его планы не входила остановка. И меньше всего он хотел сейчас встречаться с кем-то из интуитов.
Выйдя из машины, осмотрелся. Он несколько дней провел за рулем, катясь по просторам большой родины. Заехал в небольшой городок.
