102
0
– Не может быть… Ни полусловом, ни намеком…
– Выдают не слова.
– А что же?"
"Тайну психологики Ванзарову не хотелось раскрывать без нужды.
– Выдают дела, – ответил он. – Вы знаете обо всем, что происходит в доме Иртемьева. Каким образом? Конечно, добродушный Миша Хованский заглядывает и выбалтывает все. Ваша красота лучший способ допроса: чего не расскажешь на ложе любви… А чтобы не мешала мадам Рейсторм, вы применяли крепкое снотворное. Но зачем вам эти сведения? Зачем вести дневник наблюдений?
– Вы не можете этого знать! – заявила Нинель.
– Корабельный журнал ведется почерком молодой женщины.
Нинель отошла к телескопу и погладила полированную трубу.
– Чего вы хотите?
– Сообщите то, что не попало в записи, – сказал Ванзаров. – И не тратьте усилия на ложь. Не умаляйте свои таланты в моих глазах…
Мадемуазель сочла это комплиментом. Не слишком приятным, но иногда барышне выбирать не приходится. Она согласно кивнула, не забыв улыбнуться краешком губ.
– Позавчера вечером, когда Иртемьев пропал, к нему кто-то приходил… Кто это был?
– Вы не поверите, – ответила она.
– Не вижу причин.
– Его зовут Калиосто… – Нинель следила за реакцией, но Ванзаров и бровью не повел. – Миша сказал, что так его зовут… Можете вообразить? Евгений Калиосто – какая глупость! Миша описывал его конфуз в «Ребусе»… Такой чернявый господин, надутый, самовлюбленный, похожий на итальянца… Наверняка армянин…
Характеристика мага и гипнотизера была излишне точной.
– Заметили Калиосто в гостиной Иртемьева? – спросил Ванзаров.
– В квартире свет не зажигали, трудно разглядеть… Предполагаю, что его там не было.
– Почему?
– Он зашел в парадную и вскоре вернулся… Еще оперся о решетку канала, запрокинув голову, и смотрел на окна…
– В котором часу?
– Около шести… В сумерках… Еле разглядела…
– Вы настолько же умны, насколько привлекательны, – сказал Ванзаров искренно. И подумал, что господин Квицинский умеет агентов подбирать.
Горничная присела в скромном книксене.
– Благодарю, Родион Георгиевич… До вас мне далеко…
– У вас есть шанс наверстать… Заметили, в котором часу Иртемьев вышел из дома и вернулся?
– Из парадной он не выходил… Наверное, вышел с черной лестницы.
– Пока еще нет.
– А что вы с приставом делали в доме?
Наблюдательности Нинель мог позавидовать любой филер.
– На чердаке нашли повешенного, – как мог, честно ответил Ванзаров. – Опознали жениха кухарки… Удавился от погубленной любви…
Кажется, ему не слишком поверили.
