102
0
– Это правда, Станислав Станиславович? – Адель Ионовна была куда сильнее духом, чем уважаемый сенситив. Или уже не столь уважаемый.
Он зажмурился и до боли сжал пальцами переносицу.
– Катастрофа… Полная катастрофа… Остается только застрелиться… Я даже не могу просить прощения… Мне нет прощения… Не понимаю, как вообще такое возможно… Никому никогда ключ близко не давал… И вдруг конверт исчез… Как не было… Пытался вспомнить хоть что-то… Ничего… Пустота… Словно опоили…
Клокоцкий вскочил, выбежал из-за стола и упал перед Аделью Ионовной на колени.
– Умоляю… Пощадите…
Она отпрянула и случайно прикоснулась к груди Ванзарова.
– Прекратите! Встаньте немедленно…
Господин нотариус, кажется, не слышал. Стоя на коленях, он размазывал слезы по лицу. Ванзарову было не до него. Адель Ионовна с надеждой и страхом смотрела в его глаза.
– Это конец? – спросила она. – Надежды нет?
– Я сделаю все возможное…
Ничего другого Ванзаров сказать не мог. К чему пустые пророчества. Они для спиритического сеанса годятся.
75
Храп сотрясал гостиную.
– Второпях не рассчитали дозу снотворного для пожилой дамы?
Нинель невинно похлопала ресницами.
– Что вы такое говорите, Родион Георгиевич?
– Рад был бы с вами полюбезничать, да смысла нет, – сказал он.
Ему ответила совсем уж призывная улыбка.
– О таком мужчине, как вы, любая девушка может только мечтать…
– Довожу до вашего сведения, мадемуазель, – Ванзаров сделал паузу, чтобы она ощутила перемену ситуации, – что мы с господином Квицинским заключили джентльменское соглашение…
– С кем, простите? – спросила она, еще надеясь, что с ней блефуют.
– С Леонидом Антоновичем, если вам так угодно. Помощником полковника Пирамидова, возглавляющего Охранное отделение. Подробности нашего соглашения не важны. Суть в том, что мы не мешаем друг другу. Поэтому ваше усердие накануне вечером, когда вы отравили доброго и наивного господина Лебедева, – излишне.
Оказалось, что снять женское кокетство так же просто, как перчатки. В незримый миг Нинель обратилась в другого человека. Себя настоящую, только платье горничной осталось.
– Он меня выдал?
– Агентов сдавать не принято, – ответил Ванзаров. – Ваше поведение указало.
