102
0
– И я рад… что смог… прибыть… – пробормотал он, с трудом поворачивая голову. – Да где же Ванзаров?
– Вот, извольте… К телу не приближались, следы не затоптаны…
Следовало ожидать, что криминалист займется изучением жертвы, раз уж явился. Но Аполлон Григорьевич схватился за голову и взвыл так отчаянно, что у Вильчевского заныло сердце.
– Дружочек мой! Погубили! Не уберег!
И Лебедев натурально зарыдал, закрывшись локтями.
Всякое слышал Вильчевский о подвигах и выходках великого криминалиста. Но чтобы эдакий цирк на чердаке устроить… Изумляться, да и только. Пристав аккуратно принюхался: сивушного духа не ощутил.
– Погиб! Совсем погиб! Теперь уж не спасти! Найду, кто это сделал, – живьем разорву! Какой талант сгубили! Ванзаров! Друг!
Далее Аполлон Григорьевич перешел к выражениям, каких Вильчевский не слыхал от унтеров армейской пехоты. Даже голуби притихли. Пристав поманил своего помощника.
– Из какого трактира его вытащил? – тихо спросил он.
– Никак нет-с… На мосту изволили качаться…
– Значит, так… Ноги в руки – и бегом в сыскную… Делай, что хочешь, но чтобы господин Ванзаров здесь оказался через четверть часа…
– Да как же… – пробормотал Можейко, прикинув, что туда-обратно бегом минут десять, не меньше…
– Исполнять! – И пристав предъявил носу своего помощника веский аргумент.
Вильчевскому тоже предстояли не самые легкие четверть час полицейской службы. Дожить бы…
72"
"Господин Обромпальский нашел нужные связи, которые обеспечили ему прием лично у начальника сыскной полиции коллежского советника Шереметьевского. Леонид Алексеевич милостиво выслушал потерпевшего, посочувствовал горю и обещал помочь, чем возможно.
Лучшими друзьями они вышли из кабинета. Как раз когда Ванзаров только успел сесть за свой стол. Шереметьевский лично представил гостя и просил заняться его вопросом как можно скорее. Кроме добрых чувств к обманутому биржевику, Шереметьевского сильно раздражало, что его подчиненный который день занят непонятно чем, а спросить нельзя.
Ванзаров предложил Обромпальскому гостевой стул. Шаткий, но какой уж есть. Стул казенный. И выслушал печальную историю, как некий Хованский, негодяй и жулик, обманным путем выудил у него и компаньона, людей кристально честных и наивных, целых пять тысяч рублей. Ванзаров переспросил, верна ли сумма. Обромпальский подтвердил: именно пять.
