102
0Все и так принадлежало ему по приданому, которое внесла Серафима Павловна… Она отписала дочери несколько фамильных драгоценностей и нитку старинного жемчуга… Вы знаете: жемчуг надо носить, иначе темнеет…
– А кому Иртемьев указал наследовать?
– Иона Денисович написал простое духовное, я его не заверял… Насколько мне известно, в случае его смерти все отходило жене…
– Перед свадьбой было составлено новое завещание?
Клокоцкий старательно промолчал. Чтобы было понятно: они подошли к границе дозволенного.
– Мне известно, что по этому завещанию состояние отходит Адели, – сказал Ванзаров.
– Это меня не касается.
– Кто выступили свидетелями подписания?
– Господин Ванзаров…
– Я не спрашиваю о содержании завещания. Назвать имена свидетелей не является нарушением нотариальной тайны. Полагаю, один из них – господин Хованский… Кто второй и третий свидетели?
Больше всего Клокоцкому хотелось схватить этого наглеца за шиворот и выставить вон. Но рисковать он не стал. Сжал кулаки.
– Только из уважения к Адели Ионовне отвечу вам, – сказал он.
– Полагаю, господа Погорельский и Прибытков, – сказал Ванзаров, чтобы проверить, насколько логика не ошибается.
– Вы правы, поздравляю… Надеюсь, на этом наша приятная беседа окончена?
Обычно беседа заканчивалась, когда чиновник сыска ее заканчивал. Жаль, нотариус об этом не догадывался…
– Господин Клокоцкий, за последние дни с вами не случалось ничего странного? Например, вы не могли вспомнить что-то…
Клокоцкий ощутил неприятное чувство, будто нашлась причина его беспокойства.
– Нет, ничего такого, – ответил он.
– Вы сенситив, вместе с магнетизером мадемуазель Волант помогаете Иртемьеву вызвать спиритические силы…
– И что с того?
– Вас что-то беспокоит, не так ли?
– С чего взяли? – слишком резко возразил Клокоцкий. – В угадки играете?
– Простой факт: в присутственное время контора закрыта, вы прячетесь от клиентов… Почему? Чего-то боитесь?
– Прошу вас, господин Ванзаров, избавьте меня от ваших домыслов…
– В таком случае извольте показать конверт, в котором хранится завещание Иртемьева.
"Трудно было понять: это наивность, прикрытая наглостью, или чиновник сыска держит его за дурака. Разбираться Клокоцкий не собирался. Он указал на сейф, который удобно вписался в угол кабинета так, чтобы, не вставая от стола, руку протянуть.
– Можете насладиться стальной дверцей, за которой скрыто завещание.
– Откройте дверцу и покажите, что конверт на месте, – сказал Ванзаров.
Не желая заниматься подобными глупостями, нотариус отказался. Категорически.
