102
0
– Поэтому наш разговор не носит официальный характер…
В него стрельнули глазками из-под чуть прикрытых ресниц. Обычно прямое попадание приводит к тяжелым последствиям.
– Как чудесно, – проговорила она, как будто испытала ни с чем не сравнимое удовольствие. Что барышни обычно скрывают. Или стесняются. – Люблю все тайное и неясное…
– Насколько я понимаю, ваша роль в кружке «Ребуса» – магнетизер, – сказал Ванзаров, не чувствуя ни ран, ни увечий от выразительного взгляда. Буквально непробиваем.
– Это не является преступлением?
– В зависимости от того, что именно вы делаете на сеансе.
Вопрос будто повис в воздухе."
"Волант оставила в покое локон и подставила руку к подбородку. Как будто изучая гостя.
– Что бы вы хотели узнать, Ванзаров?
– Что именно вы делаете на сеансе, мадемуазель Волант?
– Это трудно, а порой невозможно объяснить…
– Постараюсь понять.
Она запрокинула голову, изогнув красивую шею.
– Я должна отдать магнетическую силу… Собрать всю, до капли, целиком, до полного истощения, без остатка… И передать медиуму… – говорила она медленно и завораживающе.
– Вы видели, как Сверчков выстрелил в лоб? – скучно и буднично спросил Ванзаров.
Мадемуазель устала держать шею в неудобном положении. Она снова испытала силу своего взгляда.
– Порой на сеансе не могу понять, где нахожусь, не то что замечать происходящее… Это невозможно объяснить тому, кто не прошел через такой опыт.
Кажется, Ванзарова пытались смутить. Какая настойчивая барышня.
– А стуки? – только спросил он.
Срезанная в такой волнующий момент, обещавший, быть может, многое, Волант несколько растерялась.
– Стуки? – спросила она без чарующих оттенков в голосе. – Какие стуки?
Ванзаров отстучал пальцем три раза и один.
– Способ общения с невидимыми силами.
Магнетизерша явно была разочарована:
– Ах это… Ну и что в них такого?
– Откуда они берутся?
Она засмеялась, немного натянуто, но зато громко.
– Ванзаров, ну как можно быть таким наивным! Мы не знаем, кто говорит с нами на спиритических сеансах, мы не знаем, что за явления наблюдаем.
