МИ (Цикл)

Бэннон повернулся к ней со странным выражением.

— Ныряльщики отравили тебя? — Юноша вытер песок с покрасневшего глаза.

Никки внимательно изучала его лицо.

— Да, яд был в горшке с похлебкой, доставленной тобой. — Она могла сказать по его глазам, что он об этом не знал, и это придало ей немного облегчения. — Вот почему я была настолько слаба, что едва могла сражаться с шелки. Меня терзал яд.

На лице Бэннона появилось смятение.

— В еде, что принес я? Я отравил тебя? Я не знал! Я не хотел! Милостивая Мать моря, мне очень жаль, я…

Никки знала, что при подобных обстоятельствах Джегань убил бы молодого человека за подобную ошибку, медленно и мучительно.

Были времена, когда Госпожа Смерть поступила бы также, но теперь Никки изменилась. Ричард изменил ее. Увидев неподдельную скорбь Бэннона, его открытую честность, она вспомнила, почему у нее не возникли подозрения по поводу принесенной им еды.

Медленно кивнув самой себе, Никки произнесла:

— Вот почему они использовали тебя, Бэннон Фармер. Я бы никогда не подумала, что ты способен на предательство, или на то, чтобы каким-то образом мне навредить.

— Я не… Я бы никогда не стал тебя травить.

— Понимаешь, твоя наивность послужила оружием, что другие обернули против меня. Они тебя одурачили. — Ее голос стал тверже: — Не позволяй этому повториться.

Когда юноша, заикаясь, стал рассыпаться в извинениях, Никки разминала пальцы, вновь чувствуя магию и силу.

— Это уже не имеет значения. Я оправилась. — Она приложила руку к виску Натана и легко призвала то, что нужно, чтобы соединить разорванные края раны.

Натан с облегчением вздохнул."

"— Спасибо.

Это было не страшно, но неприятно.

Затем, повернувшись к Бэннону, Никки осмотрела его потрепанный вид. — А теперь ты.

Молодой человек сделал шаг в сторону, испугавшись ее магии, или, быть может, неуверенный в том, что она действительно его простила.

— В этом нет нужды, колдунья. Травмы совсем незначительные. В свое время всё само заживет. — Он коснулся пореза на бедре.

Но Никки, уверенная в том, что полностью контролирует свои силы, потянулась, чтобы схватить его за руку.

— Я настаиваю.

Колдунья позволила силе влиться в юношу — синяки исчезли, порезы исцелились, и с лица сошли проблески страха.

— Это замечательно! Я чувствую, что снова могу сражаться с шелки. — Он сжал свой меч.

— Будем надеяться, что нам не придется этого делать, мой мальчик, — произнес Натан.

Никки смахнула песок со своего черного платья и откинула с глаз волосы.

— Я хочу, чтобы вы были в целости и сохранности. У нас есть незавершенное дело.

Она посмотрела вверх и вниз по побережью.

— И нам нужно узнать, где мы находимся.