Любовь Дикого (СИ)

— Да?

— Тебе есть, что терять, Руслан.

Челюсти стискивает.

— Как и мне, — прибавляю.

Все аргументы он сейчас не примет. Не тот момент. Но я захожу с козырей.

— Это стоит того? — спрашиваю. — Твоя месть. Стоит любимой женщины? Жизни? Семьи?

Черный молчит.

— Соскочить не могу, — продолжаю. — Заказ нужно выполнить.

— Как выполнять будешь?

— От тебя зависит.

Повисает пауза.

Черный понимает, что крыть ему нечем. Вариантов нет. И он не псих, чтобы на кон самое дорогое ставить.

— Леонида прижать хочешь, — замечает, прищурившись. — Через меня?

Это единственный путь.

Конечно, Воронцов и так Леонида Аркадьевича размажет. Но у Черного есть бизнес, с которым тот пересекается. А значит, это можно использовать прямо сейчас.

Ускорить процесс.

И начало сотрудничеству будет положено. И с Леонидом ситуация быстрее закроется. Кругом выгода. Для всех. Кроме самого Леонида.

Но тут и Черный может сделать ставку. На последнего.

— Гарантий нет, — заключает он.

— Нет.

Как есть говорю."

"За Воронцова обещать не могу. Но Черный понимает, что если бы его хотели убрать, то нашего разговора вообще бы не было. И еще — у него мое слово есть.

— Где Раптис? — спрашивает.

— В Америке.

— Все схвачено, — цедит, накрывает лицо ладонями, растирает. — Когда-то я сделал ошибку с Воронцовым.

Констатирует факт.

На Леонида Аркадьевича он не поставит. Уже считываю это. Понимает, какой тот. И оценивает ресурс Воронцова. Выбирать нечего.

— Ничего, еще есть вариант все исправить, — прибавляю. — Давай решать как.

Черный медлит. Не нравится ему это. Но уже понятно, что другого выхода из текущего положения нет. Закрывать игру. Фиксировать то, что есть.

А иначе… может вообще ничего не быть.

— Давай, — бросает он холодно.

Заключаем сделку.

Начало положено.

* * *Заезжаю в офис за документами. Прикидываю, что сегодня вечером наконец смогу вырваться и увидеть Катю.

Очередное дело закрыто. Вопрос по Черному решен. И Воронцова устраивает то, как все разруливаю.

Прохожу в приемную и застываю.

Катя.

О чем-то разговаривает с моей секретаршей. Передает ей какие-то бумажки. После кивает. Взгляд залипает на ней. На тонком профиле. На копне темных волос. Так залипает, что мозг вырубает. Напрочь.

— Демьян Александрович, — стрекочет секретарша, отвлекая меня. — Тут нужно подписать. Для оплаты больничного.

Чего?

Какого еще нахуй больничного?

Та продолжает болтать. Объяснять что-то. А я это все фоном воспринимаю. Катя поворачивается, смотрит на меня. В ее глазах мелькает тень, которая сразу дает понять суть.

Все хуево.

Пиздец как.

Шагаю вперед.

А секретарша между нами встревает. Ко мне тянется с той блядской бумажкой. И снова заряжает:

— Подпишите, пожалуйста.