Леший в погонах

Ветер усиливается, сносит нас. Не сможем его опередить.

– Что будем делать? – прокричал в трубку Буторин. – Возвращаться? Нельзя, вы обязательно должны меня доставить этой ночью!

– Мне приказано вас доставить, и я доставлю, – задорно прозвучал в переговорном устройстве девичий голос.

Через пять минут самолет начало мотать так, что Буторин начал беспокоиться, выдержит ли фанерный самолет такую болтанку. Потрескивал корпус, скрипели стяжки крыльев, завывал мотор. На голову и плечи то и дело обрушивались потоки воды. Кожаная куртка пока выдерживала, но армейские офицерские бриджи мгновенно промокли.

Как пилот ориентировалась в ночи, было непонятно, но надеяться Буторин мог только на нее. Вскоре машина стала забирать вверх, вокруг ничего не было видно, кроме влажного тумана. А потом неожиданно над головой как будто раскрылось удивительной красоты звездное небо. Луны не было, и только полоса Млечного Пути переливалась серебряными искрами, манила, затягивала в бескрайнюю глубину небосвода. Значит, пилот поднялась над облаками, идет выше низкой облачности.

– Нас снесло на юго-запад почти на восемьдесят километров, – снова сообщила в переговорное устройство девушка.

 – Скоро облачность закончится, и я изменю курс. Пока летим на этой высоте. Мне нужны ориентиры внизу. Возьму поправку и высажу вас в нужном месте.

– Если у вас получится, буду молиться на вас всю оставшуюся жизнь, – ответил Буторин. – Буду называть вас своей небесной богиней.

– Получится, можете не сомневаться, – сквозь смех послышался ответ летчицы. – Не в первый раз летаем в сложных метеоусловиях.

Еще около получаса Буторин напряженно размышлял, оценивая все возможные варианты, все плюсы и минусы, все риски.

«Хорошо, – думал оперативник, – что я настоял на своем, хорошо, что я командую здесь. Слишком летчица самоуверенна. Опыт у девочек колоссальный, не спорю, но операция сейчас проводится очень важная, и риск к ее провалу надо сводить к минимуму». Всегда, когда к партизанам летали самолеты, даже планеры с грузом, пилоты получали пароли, которые знали лишь те, кто их встречает. Нередко груз и самолет минировались, и пилоты, поняв, что встречающие не называют правильный отзыв на пароль, взрывали и самолет, и себя. В этом полете пароль и отзыв знал лишь Буторин.

– Слушай меня внимательно! – строго заговорил оперативник, когда летчица сообщила, что они вышли в нужный квадрат и она будет искать костры. – Это приказ, и он не обсуждается! Когда сядем, ты, пока горят костры, разворачиваешь машину, а я выбрасываю груз и прыгаю сам. И ты поднимаешь машину и уходишь. Все!

– Вы думаете, что нас могут встречать не партизаны?

– Не обсуждать! – резко сказал Буторин.