4
0Вторая – отражала до трех колющих ударов кинжала. Такие редкие артефакты ценились невероятно, за каждый можно было купить баронский замок. Только Брайк их не стал продавать в свое время, а так и оставил при себе. Несмотря на издержки своего ремесла, ценил жизнь, свою – в особенности.
В понятие «бдительность» входило также и наличие нескольких расторопных осведомителей, которым палач приплачивал из своего кармана. Достаточно солидно приплачивал и долгое время. Порой досадовал, что деньги так уходят излишне щедро, подумывал, не прекратить ли подачки разным секретарям и клеркам?
Но сегодня все его вложения окупились сторицей. Не успел он еще уснуть толком, как примчался курьер с запиской от некоего чина из канцелярии жандармерии. Каллиграфическим почерком на бумаге было выведено всего несколько слов:
«По желанию дамы, первый спешит к тебе в последний раз».
Посторонний подданный и не разобрался бы в сути послания. А вот знающий гайчи сразу мог оценить масштабы приближающейся беды. «Дамой» – называли княгиню. «Первым» – являлся Сток-Лир. «Спешит» – это крайняя опасность, приведение приговора в силу. «Последний раз» – убийство.
После осознания сути записки у Нестора оставалось (а может, и не оставалось!) всего лишь несколько секунд на принятие решений. Можно сбежать, но вряд ли получится. Скорей все исполнители кровавого заказа уже в пути, и неизвестно, с какой они стороны подойдут к дому."
"Можно отсиживаться за крепкими стенами и не менее прочными стальными дверьми, благо что свой дом Брайк укрепил монументально, и находилось его жилище прямо над тюрьмой. Ну и можно было задействовать для своего спасения имеющиеся ресурсы воинского контингента. Все-таки охрана узилища состояла из воинов-ветеранов или отошедших от дел жандармов. А все они просто обязаны были выполнять приказы главного тюремщика. Особенно если эти приказы верно преподнести и верно замотивировать.
А главная мотивация заключалась в вопросе: знает ли князь о готовящейся зачистке неугодного кое-кому палача? Имелся некий риск, что знает. Но тогда и брыкаться не имело никакого смысла. Приговоренный к убийству работник топора и до утра не доживет.
А вот если его сиятельство не в курсе…
Нестор верил, что не в курсе! А потому просто подхватив свои одежды, сбрую с оружием и талисманы с артефактами в единый клубок, бросился вниз, к тюрьме. И только его вид в нижнем белье сразу настроил охрану на самое серьезное отношение к происходящим событиям.
