4
0Уж не знаю, как она расшифровала мою мимику, но пару раз тяжко вздохнув, с фатализмом во взгляде приступила к позднему ужину. От алкоголя, правда, воздержалась, да я и не настаивал.
Наелась быстрей меня да и прислонилась к стенке с осоловевшими от сытости глазами. А я чуть позже, оказавшись в стадии полного насыщения, не удержался от многозначительной подначки из старого анекдота:
– Так что ты там, старая, намекала по поводу «расплачиваться»? – Видя непонимание во взгляде сокамерницы, рассказал ей анекдот полностью, как солдат к бабке на ночлег просился.
Понравился ей рассказ, даже хихикнула поощрительно. Когда я рассказал еще парочку анекдотов, совсем развеселилась и потребовала:
– Давай еще! – пришлось осаживать:
– Продолжим веселые истории после ухода музыкантов. Не буду же я их перекрикивать.
– Не поняла? – Девушка с недоумением покосилась на дверь. – Это ты так шутишь?
– Нет, намекаю, что пора спать ложиться. Завтра день тяжелый предстоит, некогда будет с утра прохлаждаться.
– И как ты это «спать» представляешь себе?
Если она думала, что я нереально крутой джентльмен и уступлю ей единственную кровать, то глубоко ошиблась. Спать на голом полу я не собирался, о чем заявил прямо:
– Если тесноты не боишься, ложись со мной рядышком. Да и теплей будет вдвоем, а то на ночь какая-то сырость появилась. И не бойся, приставать не буду.
Да и поспешил облегчиться перед сном. Вернулся, красотка так и сидит возле стенки. И хорошо, что я вспомнил:
– О! Давай-ка мне тот кусочек прозрачный, что у тебя на поясе!
Взял «дозиметр» и с немалым удовлетворением слил в личное хранилище почти полтора процента так дефицитной для меня в этом мире энергии. Живем! Теперь и повоевать можно, в случае необходимости.
«Хотя желательно вырваться отсюда мирно, без жертв…»
С этими мыслями и улегся на бочок, под самой стенкой. Да и уснул быстро. После такого обильного чрево-угодия меня мало что волновало.
Сквозь сон (не знаю, сколько времени прошло) почувствовал, как Сюзанна осторожно улеглась у меня за спиной. А так как кровать узкая, то девушке пришлось волей-неволей ко мне прижаться, а потом и рукой приобнять.
Ну что на это сказать? Я далеко не ханжа, да и вообще человек самых вольных нравов. И зачем себя обманывать-то? Хотелось мне эту девушку, еще как хотелось! Так и представил себе: вот сейчас разворачиваюсь и так обнимаю это шикарное тело, что сам задохнусь при этом от вожделения и предстоящей близости. И отговорка хорошая отыщется, чтобы оправдать нарушение данного слова «не приставать». Ведь не я первым полез обниматься! Она сама ко мне пришла!
Но я все лежал и лежал… прислушиваясь к еле слышному, настороженному дыханию.
