– Они мне не нужны! Под язык их спрятала, а потом в туалет пошла и выплюнула.
– Дашенька, – защебетала я, – так поступать нехорошо. Дай честное слово, что будешь пить лекарства.
– Я ничем не больна! – запальчиво заявила собеседница.
– Конечно, нет, – заверила я, – ты здорова, но от пилюль отказываться нельзя.
– Их только психи глотают, – возразила женщина.
Я старательно изобразила удивление.
– Почему? Я всегда по утрам пью пилюли. После завтрака принимаю, например, гинкго.
– Зачем? – заинтересовалась больная.
– Для улучшения мозгового кровообращения, – пояснила я, не упоминая, что препарат не является лечебным средством, это пищевая добавка.
– Я тоже такой хочу, – обрадовалась собеседница. – Хочу пить твои таблетки, а не те, что Гриша сует.
Мне стало грустно. Увы, Соне Грушиной – так на самом деле зовут мою собеседницу – никакие БАДы не помогут, ей необходимы лекарства от психиатра.
С Грушиной я познакомилась несколько месяцев назад, когда сестра жены Володи Костина попала в неприятную историю, связанную с убийством[2]. К сожалению, о том, что произошло, узнала пресса и заинтересовалось телевидение, поднялся совершенно не нужный никому из нас шум.
– Это глупый розыгрыш! – злился он.
– Женщина показалась мне очень взволнованной, – отбивалась я. – Сыграть такое настроение способна лишь профессиональная актриса.
– Или мошенница, которая…
Договорить Костин не успел – к нашему столику со словами: «Это я вас вызвала» – подошла дама."
"Через десять минут и мне, и приятелю стало понятно: собеседница не в себе. Володя извинился и, незаметно взяв ее сумочку, вышел якобы в туалет, я же продолжала разговор с новой знакомой, не заметившей похищения ридикюля.
– Простите, Соня больна. Она не агрессивна, совершенно не опасна и, когда принимает лекарства, ведет себя нормально. Но осенью и весной у жены случаются обострения. Мне повезло, что вы, господин Костин, полицейский. Поэтому вы по паспорту, найденному в сумке, выяснили, кто супруг Софьи. Не могу описать меру моей благодарности.









