Верная, самоотверженная женщина, за которой Андрей чувствовал себя как за каменной стеной. Вы мгновенно решали любые проблемы, оказывали ему моральную поддержку, были изобретательны в постели. Идеальная жена! Но после смерти Михаила Кутузов в загс вас не повел. Несмотря на возраст, вы даже сейчас очень красивая женщина, а представляю, как хороши были лет в тридцать.
Горская хмыкнула.
– На меня и в пятьдесят заглядывались, и сейчас еще кое-кто с интересом смотрит. Да, я постарела, но харизма морщинами не покрывается! И я была правой рукой Андрея, я была главной в его жизни!
– Но соседу нравились молодые женщины, – продолжала я, – Кутузов хотел наследника, поднадоевшая любовница плавно превратилась в «лучшую подругу».
– Неправда! – рассердилась Горская. – В постели у нас вплоть до отъезда Андрея в США было полнейшее взаимопонимание. Юля и Клава просто резиновые куклы, а любил он меня, только меня, одну меня! Понятно?
– Конечно, – поспешила согласиться я.
– Скажите, Марфа знала, чем вы занимались? – осведомился Банкин."
"– Молодой человек, – строго произнесла Ирина Леонидовна, – запомните, прислугу нельзя делать подругой и бизнес-партнером.
– Андрей Николаевич звал с собой в Америку Тамару Федоровну, – вновь заговорила я, – та отказалась. Кутю отец считал серийной убийцей и поместил в частную психиатрическую лечебницу, не желал иметь с ней никаких дел.
– Кто-то должен был помогать мужчинам и женщинам встретить друг друга, – сладко проворковала Горская. – Если я покину Россию, кто поможет одиноким сердцам?
– Просто Кутузов вас не пригласил, – жестко сказала я. – Улетел один, велев вам заниматься бизнесом, напев, что устроится на новом месте и вызовет вас. Но не сдержал обещаний. Кутузов мерзавец! Вы любили его всю жизнь, нежно, преданно, не требовали от него ничего, просто хотели заботиться о нем.









